Онлайн-библиотека книг
Ты один был добр ко мне, и я не хочу быть злой, но я не люблю тебя.
Абдул Камак вскочил.
— Ты полюбишь меня! — сказал он. — Хочешь, или не хочешь, а я увезу тебя. Если ты выдашь меня шейху, я расскажу ему о твоей карточке. Я ненавижу шейха, и…
— Ненавидишь шейха? — раздался грозный голос. Араб и Мериэм обернулись. В двух шагах от них стоял шейх. Абдул быстро засунул фотографическую карточку себе под бурнус."
"— Да! — сказал он. — Я ненавижу шейха! И с этими словами он нанес страшный удар старику, повалил его на землю и бросился через деревню к высокому толстому дереву, к которому была привязана его оседланная лошадь.
Вскочив на коня, Абдул Камак помчался к воротам. Шейх быстро оправился от полученного удара, вскочил на ноги и стал громко сзывать своих воинов. Чернокожие бросились навстречу скачущему во весь опор всаднику, но Абдул Камак раздавал удары направо и налево прикладом своего длинного ружья, и черные воины не могли подойти к нему. Он быстро приближался к воротам. Тут неизбежно должны были его остановить! Часовые торопливо запирали широкие двери.
Шейх был взбешен. Пена ярости показалась у него на губах, и он приказал во что бы то ни стало изловить беглеца. Воины бросились исполнять приказание, а шейх быстрыми шагами подошел к Мериэм.
— Карточка! — зарычал он.
— Абдул Камак унес ее! — печально сказала Мериэм.
— Какая это карточка? — спросил шейх. Он грубо схватил девушку за волосы, поставил на ноги и стал дико трясти. — Кто изображен на карточке? Говори!
— Там изображена я! — сказала Мериэм. — Маленькая девочка, лет шести. Я украла карточку у шведа, у Мальбина. А на другой стороне наклеена вырезка из старой газеты.
Шейх побледнел от гнева.
— Что написано в газете? — прохрипел он сдавленным от бешенства голосом, так что Мериэм с трудом поняла вопрос.
— Я не знаю. Я не понимаю по-французски. Эти слова успокоительно подействовали на шейха. Он даже улыбнулся и перестал трясти Мериэм. Шейх приказал Мериэм никому не говорить о фотографической карточке. Чтобы никто не слышал о ней, кроме шейха и Мабуну.
А в это время по дороге торговых караванов мчался к северу на вспененном коне Абдул Камак.
* * *Морисон потерял из виду раненого шведа.
