Николай Николаевич Николаев носил еще капитанские погоны, а я лейтенантские, когда с ним, одним из немногих русских по национальности местных, а не прикомандированных следователей республиканского управления ФСБ, я познакомился после очередной операции.
Почти одновременно с приветствием майора из-за скал на повороте дороги появилось три БМП нашего отряда, как было понятно по эмблеме с летучей мышью на башнях. Других подразделений спецназа ГРУ в округе не было, ближайшие части располагались в Моздоке, но я не знаю, украшала ли башни их боевых машин наша эмблема.
Дело в том, что моздокская бригада при прежнем министре обороны, который, говорят, по причине бережного и любовного отношения к своей широкой табуреточной физиономии весьма опасался спецназа ГРУ, была передана разведуправлению штаба округа. Со сменой министра обороны бригаду то ли уже вернули в ГРУ, то ли пообещали вернуть – меня, как командира взвода, в такие дела посвящать не посчитали нужным. Если вернули, то, скорее всего, вернулась и эмблема.
В любом случае парням из моздокской бригады здесь делать нечего. Далековато. Тем более начальник штаба сводного отряда майор Абдусалямов пообещал прислать сюда мой взвод.
Я встал, чтобы встретить одновременно и майора Николаева, которому уважительно пожал руку, и свой взвод.
БМП подъехали сразу к нам. Благо вертолет стоял дальше и не перекрывал дорогу. Из командирского люка первой машины легко выпрыгнул майор Абдусалямов. Не выдержал начальник штаба ожидания, решил сам приехать.
Подполковник Шахмарданов, поздоровавшись за руку с майором Николаевым, шагнул к майору Абдусалямову. Тоже поздоровался, как с давним знакомым, но восторга от присутствия боевых машин пехоты не высказал. Однако вопрос задал:
– Извините за непонимание, Камал Мунасипович… Но как вы проехали? Я приказал перекрыть дорогу в обоих направлениях, чтобы никто не мешал нам работать.
– Да, дорога перекрыта. Даже машины поперек дороги стоят. Только я приказал дать над машинами в воздух очередь из автоматической пушки.
Прямо на ходу, во время разгона. После этого нам уступили дорогу и даже ничего не спросили. Но, может быть, потому не спросили, что мы быстро ехали…
– А если бы дорогу не освободили? – с улыбкой спросил майор Николаев.
– Машины были только легковые и «уазики». Мы проехали бы по ним без активного применения пушки. Кстати, товарищ подполковник, мне тут по связи напомнили, что автоматическая пушка срубила антенну на одном из «уазиков».
