Даже просчитывать пока нечего. Но когда смежникам устроили такую реальную «вешалку»[18], сам понимаешь… Работать будешь, как любит наш спецназ, «от обстановки». Карты получишь в оперативном отделе. На складе вооружений пополни «бэ-ка»[19] до максимума. И БМП тоже пусть пополнят, я распоряжусь. Захвати «сухой паек» на трое суток и – на выезд. Едете на БМП, которые в состоянии к месту добраться за два часа. Авиации поддержки пока выделить не могу – все в разгоне. У меня все.
Вопросы есть?
Майор сначала сказал, что я имею право отказаться. Но потом говорил так, будто я уже согласился взять на себя и свой взвод проведение этой операции. И тон его был уже приказным, который не терпит возражений.
– Количественный состав банды… – пожелал я узнать хотя бы минимально необходимое.
Камал Мунасипович мое состояние, конечно же, понимал. И ответил твердо, сразу настраивая меня на деловой лад:
– Нет точных данных. Предположительно, около двух десятков.
Росгвардия наверняка несколько человек смогла уложить. Там тоже парни стрелять умеют. Это, наверное, единственное, что они умеют. Со своими силами должны были отбиться от засады. Но бандиты действовали профессиональнее и проворнее. Похоже, опять прибыли из-за кордона, с большим опытом ведения боевых действий. Но это не точно. Еще вопросы есть?
– Связь с бойцами Росгвардии…
– Я интересовался. Только из их штаба в республиканском МВД.
Телефонная, если я не ошибаюсь. По крайней мере, мне говорили, что они созванивались. Внутри взвода связь – через переговорные устройства. Если тебе что-то нужно будет, через меня передавай, я свяжусь с их штабом, мне обещали связь. Но в целом, что там произошло, я не очень понимаю. Задание мне давали в антитеррористическом комитете, где сами подробностей не знают. Только координаты. Еще вопросы?
– Никак нет, товарищ майор…
А что я еще мог сказать? Какие я мог задать вопросы? Меня же не спросили о боеготовности взвода.
Иначе я мог бы напомнить, что мои бойцы почти сразу после перелета до Дагестана вылетели на задание, всю прошлую ночь не спали, проводили серьезную операцию. Да майор и сам это прекрасно знает и только что напоминал мне об этом обстоятельстве. Мы можем отказаться. Вернее, я могу. А солдаты не могут. Права не имеют поступить вопреки приказу.
