Татуировка

И шлепать босыми ногами по мокрому половику, а потом в мыльном отделении вставать в грязную лужу было ему неприятно. Поэтому он не особенно размывался под душем и скоро выбрался назад, одеваться. Тут с ним снова заговорил кудрявый парень, с которым он уже общался в мыльном зале.

— Так ты компьютерщик! — сказал тот радостно, как старому знакомому, увидев, что Петр достает свои трусы с майкой, завернутые в страницы газеты «Компьютер-подиум». — Юзер юзера издалека видит!

Когда они мылись под соседними душами, он попросил Петра:

— Слушай, друг, спину не потрешь, а?

О том, что в бане мужчины трут друг другу спины, Петя только в какой-то книжке читал.

Впрочем, в другом конце мыльной двое мужиков уже делали что-то похожее. Петр взял из рук парня намыленную мочалку и усердно принялся за дело.

— Теперь, давай тебе потрем, — предложил кудрявый, когда Петя посчитал процедуру законченной.

— Спасибо, мне не надо, — стал было отказываться Петр.

— Не смущайся, мыть спины всем надо, даже если у них знаменитая татуировка на теле.

 — И он начал несильно тереть спину, приговаривая при этом, как бы шутя: — Ах, ты мой мягонький! Ах, какая на тебе красота! И кто ж тебе такую красоту сотворил? — Петр был уверен, что, потерев друг другу спины, они расстанутся навсегда, но теперь кудрявый парень снова был рядом и даже сообщил, что его зовут Данилой.

— Толян! — крикнул он банщику. — Пивка сюда, орешков, все на двоих, по стандарту.

Верзила банщик тут же принес им две банки пива с прохладной слезой на металле и по кульку жареного подсоленого миндаля.

— Братаня мой, — ласково проговорил Данила.

— Я вообще-то после бани ничего не пью, — смущаясь, стал отказываться Петр — в кармане у него оставалась лишь мелочь.

— Так и я не пью! — радостно подхватил Данила. — Это мы по глотку, за знакомство. Моя фирма платит. Ты-то в какой Фирме воркаешь? Или ты студент?

— И то и другое, — подтвердил Петр.

— Это правильно! Это я люблю! А татуировочку из какого салона вынес?

— Я не в салоне. Нам один художник сделал.

— Молодец! — и Данила хлопнул его по плечу. — Вес личное должно быть классным! Художника как зовут? Может, дашь адресок, я бы ему тоже заказал, а? Ему — бизнес, мне — картинка.

— Он уехал, даже вроде бы умер.

— Да ну? В Париж, что ли? Все художники и скульпторы в Париж едут.

— Не знаю, Шемякин, например, — в Америке. Я читал, интервью недавно.

— Это он сейчас в Америке, а сначала тоже в Париж рванул.

Они допили пиво и собрались уходить.