Таверна «Две Совы». Колдовать и охотиться - запрещается

   – «Когда»? Даже не «если»? - Гном покосился на мėлкую фею, гордо восседавшую на моем плече, поднял взгляд к потолку (видимо, подсчитывал возможные убытки) и тревожно посмотрел на двери.

   – Не побегу, - неуверенно пробасил он, выдохнул и залпом выпил содержимое.

   На таверну опустилась благоговейная тишина. Лишь потрескивал огонь в камине, да шипел жир, падая на угли с жарившегося на вертеле қабанчика.

   Гном крякнул. Постучал по грудине пудовым кулаком и неожиданно писклявым голосом протянул:

   – Норма-альнo пошло…

   – Мужик! – одобрительно закивали зеваки.

   – Ставлю серебрушку, что сдюжит!

   Гном, услышав о ставках, выпучил глаза, сдерживая прoсящееся наружу пойло. Я с ужасом смотрела, как вздуваются вены на его шее, как краснеет лицо.

   – Они между собой спорят, - пробормотала тихо, наклоняясь к вмиг осоловевшему мученику. – Ты руки не разбивал, тебе доли не будет.

   Помогло: гном быстренько взвесил риски между «умереть от стыда» и «заработать», сделал выбор в пользу первого и вышел из таверны, покачиваясь да икая.

   – А чё ждем-то? - весело проорала Фая, подлетая к окну. - Спит ваш гном прямо у порога. Убрало с одного глотка.

   По таверне прокатился вой: кто-то прощался с монетами, кто-то радостно пересчитывал выигрыш. Я же схватила перо и быстро написала на доске, прикрепленной к фляге с самогоном, обновленный счет: «пятнадцать – ноль»…

   Таверна была моим детищем, моим спасением.

   Моя история была стара как мир. Седьмая дочь крестьянина приглянулась очередному титулованному богатею. Посоветовавшись с матерью, я решила, что лучше сгинуть от лап волков в лесу, чем лечь в кровать с прыщавым зазнайкой. После такого «счастья» мне бы никогда не удалось выйти замуж и создать семью. Впереди меня ждала бы жизнь ночной бабочки – болезненная и крайне опасная, потому не долгая. И я сбежала. Как смогла выскользнуть из деревни (достаточно крупной, надо скaзать), как покинула земли людей и добралась до поляны, затерянной на границе с Пустошами, до сих пор не понимаю.

   На исходе третьих суток я наткнулась на покосившийся заброшенный дом и забилась в самый дальний угол.