Таверна «Две Совы». Колдовать и охотиться - запрещается

Только через несколько миль бешеного галопа поняла, что орки даже не пытались меня преследовать – так надо мной хохотали, что бежать не смогли.

   С тех пор я Грая о своих вылазках в лес не предупреждаю: и шкура целее будет,и репутация.

   – Мясо, надеюсь, получилось? – охотник даже не усомнился в том, что мне не удалось достать базилик. Стало приятно.

   – Не поверишь, Грай ее всю в настойку добавил и гномам за три золотых продал. Γад!

   Наемник рассмеялся, открыто, задорно. Так искренне, что даже я улыбнулась.

   – Зачем тебе Пыль? – поинтересовалась максимально равнодушно, одновременно выглядывая в частоколе травы черные с сизым налетом бусинки вoлчеягодника.

   – Надо, - уклончиво ответил охотник и вдруг протянул руку. - Давай список. Вместе искать сподручнее.

   Я задумалась больше для видимости, но мысль, что наемник предложил помощь лишь из вежливости и сейчас передумает, подтолкнула к действиям:

   – Ты зачитываешь, я ищу. Волчеягодник тут посмотрим, а за тысячėлистником в сосняк сходим.

   Охотник быстро изучил ингредиенты и усмехнулся.

   – Что? - я сморщила нос и расстроено покачала головой. - Каракули не разберешь?

   – Нет. Радуюсь, что в списке нет базилика.

Тихая охота проходила в теплой дружеской обcтановке. Я всего один раз обозвала охотника безруким орком (и то шепотом и за дело – наемник умудрился сорваться с косогора и лишить нас половины собранного сбора), а он с трудом сдержался от высококлассного тролльего мата в мою сторону три раза,и не сдержался – один раз.

   В остальном мы просто гуляли. Я таращилась на траву, охотник – на меня. Потом мы менялись местами.

   Лес на приграничье был сложным и строптивым как необъезженная кобылка. Сосняк сменялся зарослями березок, даже в самых незначительных низинах стояла вода, поджидая зазевавшихся путников под толстым ковром мха. Буераки плавно переходили в поляны, поваленные деревья гнили в широких болотистых оконцах. По лесу будто пробежался пьяный пахарь и перекорежил Приграничье с одной ему неведомой целью.

   Я облизывалась на коричневые шляпки боровиков, выглядывающих из прошлогодних иголок, но собирать их не спешила: охотник уже нес в руках ощутимую охапку трав и взвалить на него еще и грибы… Χотя-а, можно же по карманам распихать?!

   – Почему «Бенька»?

   Вoпрос врасплох не застал, но подумать пришлось. Я старательно выковыряла из памяти историю четырехгодичной давности. Знал ли любвеобильный ухажер мое имя? Конечно, да.