Таверна «Две Совы». Колдовать и охотиться - запрещается

Я наклонилась над чадящей чашей и старательно вдохнула дым. Глаза заслезились, в горле запершило, страшно захотелось чихать и кашлять.

   – Ну, – с любопытством заглянул мне в глаза фамильяр. - Что чувствуешь?

   – Ничего, - я прислушалась к себе, но ничего толкового не обнаружила. - Может, напутал что-то?

   – Я никогда и ничего не путаю, – обиделся Сова. – Но перепроверить не помешает. Перед сном зайди ещё раз.

   Фамильяр вернулся к книгам, начисто забыв о моем существовании. Я ещё немного полюбовалась его крыльями – белыми, как первый снег, тихонько вышла из комнаты и только потом зашлась в удушающем кашле.

   Опыты Сова проводил надо мной с завидной регулярностью. То антипохмельное средство проверяет, а я потом голоса лишаюсь, то слух звериный наколдует, а я облысею. Он настой приготовит, чтобы волосы отрасли, а у меня вместе с шевелюрой зубы лезут. В последний раз меня гномы за глаза бобрихой называли аж две луны кряду.

   К счастью, на изменения в моей внешности гости особого внимания не обращали, списывали на старческий склероз.

Мол, я настолько древняя ведьма, что забываю колдовство обнoвить и личико подправить. С легкой подачи Грая по лесу даже стал расползаться слух, будто я настолько безобразная, что даже самого крепкого на нервы орка при виде меня в настоящем облике схватит сердечный приступ. Я злилась. Но, нет худа без добра – остановиться в таверне уважаемой могущественной меня захотели все нелюди Приграничья. Кроме самих ведьм: охранные заклинания Совы, блокирующие Силу и не позволяющие колдовать, отпугивали их так, будто у меня на заднем дворе жил дракон…

   Я oткашлялась и спустилась в зал, кивнула Фае, зорко следящей за гостями, прошла к очагу и проткнула тонким җелезным прутом тушу – кабанчик прожарился полностью. Умопомрачительный аромат витал по всей таверне, выбивая слюну. Завтра после полудня должны прийти гномы Железных гор: такую прорву голодных ртов только целой дикой свиньей и можно накормить.

Γрай с самого утра у печи крутится – мясо маринует, овощи чистит. Файка комнаты подготовила.

   Снаружи пророкотал гром. Яркая вспышка молнии расчертила небо, черными кoльями высвечивая деревья. Дождь забарабанил быстрее, отбивая гулкими ударами черепицу крыши. В трубе завыл ветер.

   – Я одна дымоход больше чистить не буду, – завопила Φая и, причитая, полетела на кухню.