В голосе Адама не было ни страха, ни паники. Самоуверенный наглец.
– Можешь мечтать о чём угодно, – фыркнула я. – Вот только сейчас ты валяешься у моих ног. А в скором времени окажешься в тюрьме, Норфолк.
Он ничего не сказал. Но я и не ждала от него ответа. Адам, казалось, не придавал значения моим словам. Он чувствовал себя уверенно, в то время как к моему сердцу подкрадывался холодок. Я знала, что играю с огнём, и эта обманчивая лёгкость в его манерах скрывала настоящую угрозу.
– Откуда появился этот простак с моим лицом? – снова раздался голос Норфолка.
– Только не говори, что мы родственники.
– Ты сам сказал, что у него твоё лицо. Так значит, родственники? – насмешливо протянула я. – Твой родной брат. Тебя и его родила одна женщина. Крестьянка, которую взял силой ваш отец.
– Ты лжёшь! – процедил Адам, подавшись ко мне всем телом. – Лжёшь! Моя мать леди!"
"– Тогда вместе со мной лгут и твои глаза, – хмыкнула я. – Ах, как тяжело признать, что королевская кровь разбавлена крестьянской… Да?
– Когда я возьму тебя себе, ты ответишь за каждое своё слово, Пенни, – прошипел Норфолк.
– Запомни это.
Я лишь улыбнулась в ответ.
Издалека раздался громкий свист. Раз, второй, третий. Авель! Это точно он! Я стала тихо шептать молитвы, чтобы всё получилось. Если с ним что-то случится, больной ребёнок останется совсем один.
Через некоторое время звуки боя в гарнизоне стихли. Слышались лишь слабые стоны да ругань раненых солдат.
В сарай вбежал полковник Пратчет и взволнованно сказал:
– Разбойники ушли за Авелем.
Следом выдвинулись наши. Как только бандиты попадут в омут, им не дадут выбраться на берег.
– Что будет с Норфолком? – поинтересовалась я, чувствуя между лопатками тяжёлый взгляд Адама.
– Это решать Вильгельму. Но скажу одно: заговорщиков всегда казнили, – ответил Пратчет. – Вряд ли Норфолку уготована другая участь.
– Не спеши меня хоронить, верный пёс короны, – хмыкнул из темноты Адам. – Моя песня ещё не спета.
– Это её последний куплет, – в голосе полковника зазвучал металл.
– Наслаждайся.
Дверь сарая открылась, и в неё шагнули двое солдат.
– Заберите Норфолка, – приказал Пратчет. – И бросьте в яму. Пусть там дожидается генерала Валлахана.
Адама увели. Проходя мимо, он посмотрел на меня долгим взглядом, в котором явственно читалось предупреждение.
– Давайте я провожу вас к таверне, – обратился ко мне полковник. – Закройтесь изнутри и ждите охрану.
Мы вышли на улицу, и тут я вспомнила о Роне.
