Таверна \

Наверное, так должны выглядеть ангелы, но я явно столкнулась не с их представительницей…

Воздух вокруг девушки немного светился, отчего было легко разглядеть не только фарфоровый тон кожи, но и густые тени от ресниц. Однако больше всего меня поразил ни антураж призрака, ни странная атмосфера вокруг, ни слишком лёгкое, я бы даже сказала откровенное платье и босые ступни, а… пушистый белый хвост за спиной девушки и большие треугольные уши на её макушке.

А ещё меня пробрало крупной дрожью от того, как она смотрела на меня — холодные глаза светились серебром и не обещали ничего хорошего.

Да и так понятно, что именно эта девица “пригласила” меня побеседовать, а значит глупо надеяться на хороший исход.

Откровенно любуясь тем, что я, не пытаюсь подняться с колен, и просто молча смотрю на неё, девушка-лиса опасно улыбнулась.

— Какой же занозой ты оказалась, — надменно пропела она, раскачивая хвостом за спиной.

Стоило мне услышать её голос, как показалось, будто я его уже где-то слышала. Однако размышления на эту тему пришлось отложить, потому что во мне вспыхнула надежда — передо мной не безмолвный монстр, а значит, есть призрачная надежда договориться.

С тем же спригганом сработало, так что вдруг и сейчас есть шанс? И чтобы его не профукать, надо бы завязать разговор.

Старательно собрав разбегающиеся мысли в гудящей голове, я взяла себя в руки. После чего пытаясь не трястись слишком сильно, почти дерзко произнесла:

— Да? Хотелось бы больше подробностей. А то мы вроде как не знакомы.

— Какое мне дело до условностей, — лениво покачивая лисьим хвостом из серебра, моя не очень желанная собеседница загадочно сказала: — Твоё имя для меня значения никогда не имело, а моё ты знать недостойна.

Нас связывает только то, что по счастливой случайности тебе удалось забрать то, что принадлежит мне. На этом всё.

Ну, ничего себе тут самомнение, — нервно усмехнулась про себя. В этот момент на лице не дрогнул даже мускул. Чувствуя всеми частями тела опасность, исходящую от странной девушки, я, старательно сохраняя спокойствие, ненавязчиво предложила:

— Тогда стоило прийти, сказать об этом и я бы отдала присвоенное.

Если, конечно, правда забрала чужое.

Мои разумные слова не понравились девушке-лисе. Она сложила стройные руки на груди и заявила:

— В том-то и беда — правосудие на твоей стороне, — затем, немного подумав, она добавила: — Время неумолимо, а законы распространяются на всех — будь проклята Создательница, позволившая вплетать в них магию.