Театр теней

Но ведь в доме Рика Вайса что-то произошло, и его предложение подвезти Пег до дому было прежде всего попыткой попасть на место преступления без всякого ордера.

— У меня вообще-то сосед в комнате, ну, ты понимаешь… — Она нахмурилась. — А можно к тебе?

Пег неожиданно передернуло, и она согнулась, ткнувшись лбом в стекло.

— Ну, знаешь, я ведь женщина замужняя!

Большой Роб отвернулся. Так, ему показалось, будет удобнее спросить:

— Твой муж сейчас дома?

Большой Роб десятки раз проезжал мимо дома Рика Вайса и сейчас ехал туда в полной тишине.

— А откуда ты знаешь, где я живу? — спросила она.

— Я не знаю, — откликнулся Робби. — Просто городок маленький. Я решил, если вдруг поеду не туда, ты мне скажешь. — Она была в таком состоянии, что объяснение показалось ей вполне приемлемым. — Так я правильно еду?

— Здесь налево, — сказала она и, просунув палец под рукав его рубашки, погладила ему руку. — Как, ты сказал, тебя зовут?

— Робби.

Она прикрыла рот ладонью — в полном восторге от его имени и собственной храбрости.

Они остановились у ее дома и на цыпочках в полной тишине прокрались к алюминиевой двери трейлера. Большой Роб ожидал увидеть внутри беспорядок, но оказалось, что он совсем неправ. Начищенный до блеска трейлер выглядел просто классно — как какой-нибудь вагончик, где во время съемок суперзвезда отдыхает между дублями.

Они стояли между безупречно чистой кухней и прибранной гостиной, как актеры, которые забыли слова.

— У тебя есть чего-нибудь выпить? — спросил Большой Роб. Они уже изрядно подвыпили, поэтому Пег все казалось смешным, и она захихикала, доставая из холодильника две первые попавшиеся банки пива и кивая в сторону дивана.

Роб аккуратно опустился на сиденье. Она оперлась худым коленом о диванную подушку и, не выпуская из рук пиво, прижалась открытым ртом к его губам. Затем она примостилась у него на коленях и поставила банки с пивом на маленький черный столик.

Роб терпел их неуклюжие объятия минут десять, а может, и больше. Он даже невольно получил от этого удовольствие. Пег была не самой симпатичной из женщин, что сиживали у него на коленках за последние двадцать лет, хотя и не самой невзрачной, — так, где-то посерединке. Но у Пег была информация о Филли, возможно, даже о его смерти. Поэтому ее ласки казались ему неуместными. Словно он предавал друга.