Театр теней

Он угрожал сыну Оливера Бела Геддеса в Остине, парнишка гнался за ним пару кварталов. Правда, мерзавец ушел.

— Черт! У них осталось описание? Образец ДНК? Хоть что-нибудь?

— Нет, — ответил Дэвис. — Но одна маленькая девочка хорошо его рассмотрела, так что я уверен — поиски этого негодяя начнутся завтра же. Ну ладно, ты-то, надеюсь, привез мне хорошие новости.

— Ну, хорошая новость уже то, что тебе не придется выступать в суде, — сказал Грэхем. — Рикки Вайс пишет признание.

— Серьезно? — Он обернулся на свои клюшки.

Это будет первая за последний год игра, когда он сможет по-настоящему расслабиться.

— Я же говорил, он сдастся. Что еще ему оставалось, когда и собственная жена, и этот Твиди давали такие показания.

— Знаешь, Грэхем, после такого мне уже наплевать на любые плохие новости. — Дэвис начал выключать компьютер. Надо будет отметить это — раскурить сигару на поле у первой метки. — У тебя ведь и плохие новости есть, да?

— Марта Финн требует, чтобы против тебя выдвинули обвинение в тайной слежке за ее сыном.

Она обратилась к окружному прокурору округа Лейк. Я запланировал на завтра явку с повинной. Так, по крайней мере, эта новость не попадет на телевидение. Газеты наверняка поместят сообщение куда-нибудь в самый конец статьи о Вайсе.

Комната перед глазами Дэвиса качнулась, словно он был на дешевом аттракционе на ярмарке.

Грэхем открыл портфель и достал пачку бумаг, подготовленных утром его ассистентом.

— Да не пугайся ты так! Мы можем изучить директивы по вынесению приговоров по таким делам, прецеденты.

Ты внесешь залог при предъявлении обвинения, мы подадим ходатайство о признании твоих действий административным правонарушением. Ну, приговорят к небольшому штрафу и общественным работам. Не думаю, что юридические последствия будут слишком серьезными.

— Не слишком серьезными? — выкрикнул Дэвис. Он вскочил и торопливо закрыл дверь кабинета. — А как же моя практика? Лицензия?

— В час тридцать у нас будет совещание по телефону с одной юридической фирмой из федерального округа Колумбия, у которой больше опыта в делах о медицинской этике.

Гольф, боюсь, придется отменить.

— Господи, неразбериха, — проговорил Дэвис и откинулся на спинку кресла.

— Не беспокойся, мы со всем этим разберемся. Но мне кажется, для начала ты должен все-таки сказать мне правду: зачем ты покупал фотографии Джастина Финна?

Дэвис мотнул головой.

— Как я уже много раз тебе говорил — в частности, в этот четверг за ужином, — это было нужно для эксперимента.