Театр теней

— Но если бы вы дали моей матери ДНК этого Эрика, как и должны были, то у нее появился бы другой мальчик. Не я в другой телесной оболочке, а совершенно другая личность. Другое «я». А меня бы вообще не существовало.

— Думаю, да. Но, честно признаться, Джастин, я не очень хорошо разбираюсь в этих вопросах.

Дэвис не отрываясь смотрел на дорогу сквозь лобовое стекло. Из леса выбежала собака. Опустив морду до самой земли, видимо, что-то вынюхивая, она сделала небольшой круг.

Тут появилась хозяйка, девушка лет двадцати со сложенным поводком в руках, и обратилась к своей подопечной с обычными дурацкими вопросами, на которые собаки, естественно, никогда не дают ответов:

— Что там у нас такое? Чего нашла? Куда ты побежала?

Они направлялись к речушке.

— Часто по ночам, когда становится тихо, я лежу и думаю, стараюсь при этом следить за движением собственной мысли, — заговорил Джастин.

 — Такое чувство, что если удастся вспомнить, какая мысль у меня была до настоящей и как она связана с предыдущими, то удастся в конце концов найти себя настоящего.

Дэвис смотрел на Джастина и удивлялся: мальчик решительно изменился, хотя с их последней встречи у Дэвиса дома прошло всего несколько дней. Ветер растрепал густую копну белокурых волос, но дело, разумеется, было не во внешности.

Джастин продолжил рассуждать:

— Мысли, как известно, имманентны сознанию, но не определяют человеческую личность. Хотя для большинства людей именно мысли являются единственным способом и возможностью для самоидентификации. Я — автор собственных мыслей, и именно этого автора я стремлюсь отыскать по ночам: мыслящее существо, отделенное от самих мыслей.

Вдалеке все еще видна была девушка с собакой.

Она взмахнула рукой, притворившись, что кидает мячик, но собака не поверила. Когда хозяйка действительно швырнула мячик, собака бросилась за ним, и обе скрылись за поворотом.

Джастин взглянул в окно, со скрипом провел пальцем по стеклу, словно пытаясь оттереть какую-то грязь.

— Что, если у нас с «мистером Кэшем» все одинаковое, за исключением мыслей? — спросил Джастин.