Театр теней

Но потом, уже после того, как она ему отказала, Анна Кэт стояла с ним в коридоре, ну не знаю, минут двадцать, наверное, расспрашивала про семью, про учебу и всякое такое. Он был членом дискуссионного клуба, и через месяц она сходила на одно из его… как это? — ну, в общем, на дебаты, а весной выдвинула его кандидатуру на должность президента класса. Вот так. Это, конечно, мелочи, но зато Марк понял, что не стоит стесняться того, что произошло. Что они вполне могут быть друзьями, понимаете? Хотя и не близкими друзьями. Это было круто.

Я бы на ее месте побоялась, что парень начнет меня тайком преследовать. А Анна Кэт была не такая. Ей было неважно, в какой ты компании, считают тебя крутым или нет. Ей все нравились».

У Дэвиса защипало в носу, еще немного, и он бы заплакал. Он почувствовал гордость, и любовь, и горечь потери, но все же справился с собой. Он бегло просмотрел оставшуюся часть беседы, чтобы проверить, не встретится ли где-нибудь имя Койна, убедился, что его там нет, и взял из коробки следующую папку.

Билл Хилкевич. Этого Дэвис помнил. Он был одним из друзей Анны Кэт, именно друзей, а не ухажеров. Дэвису Билл нравился. Умный. Искренний. Вежливый. На похоронах Анны Кэт Билл выступал с речью, очень красноречивой, но не смог договорить до конца, потому что расплакался, и это было лучше любого красноречия.

«Были ребята, которые пытались Анну Кэт обидеть. Из-за ее отца, — рассказал Билл сержанту полиции. — Я не хочу сказать, что они могли ее убить, ничего такого, и вообще после покушения на мистера Мура это стало случаться гораздо реже, хотя и не прекратилось.

Помню, классе в десятом мы на литературе читали «Франкенштейна», так вот, кто-то взял у Анны Кэт книжку и написал кое-что на титульном листе. Полное название романа — что-то вроде «Франкенштейн, или современный Прометей». Тот парень зачеркнул вторую часть названия и написал: «Дэвис Мур, доктор медицины».

Следователь прервал его и спросил, кто такой или что такое Прометей. «Прометей, — объяснил Билл, — это герой древнегреческих мифов.

Тот, который собрал все беды человечества — ну, болезни и всякое такое — и сложил в специальный ящик. А потом Пандора этот ящик открыла, и жизнь человечества стала паршивой уже навечно. А еще он украл у богов огонь и отдал его смертным. Тот парень, написавший имя доктора Мура, ничего про Прометея не знал, просто повторял то, что слышал от родителей или еще от кого-то. Что, мол, клоны — это современные чудовища Франкенштейна. Это твердят противники клонирования.