Театр теней

— Когда Койн убивает в «Теневом мире», на улицах реального Чикаго все спокойно. — Строго говоря, это было не совсем так, но Сэлли не хотелось углубляться в объяснение нестыковок в схеме, составленной Джастином.

— Это ничего не доказывает.

— Согласна. Тогда я позвонила знакомому копу из убойного отдела, который входит в группу по поимке маньяка, и упомянула в разговоре имя Койна.

— За Койном стали вести наблюдение. Он будто почувствовал это — убийства надолго прекратились.

— То есть у тебя по-прежнему нет никаких фактов.

— Я стала названивать знакомому каждый день, пока он не сказал мне — неофициально, разумеется, — что личностью Койна занимаются в связи с расследованием убийств маньяка из Уикер-парка.

— И много таких личностей, которыми они занимаются?

— Боже, Стивен, откуда я знаю! Но имя одного из их подозреваемых совпало с тем, на которое вывело независимое журналистское расследование сотрудника ведущей городской газеты.

— А ты как думаешь? Хочу написать об этом.

— О чем, Сэл? — Он начертил в воздухе прямоугольник, изображая передовицу.

— Какое счастье, что ты не занимаешься заголовками! — сказала она по-дружески насмешливо. — Я обвиняю его не потому, что он на меня напал. Он напал, потому что я могла обвинить его. Я хочу написать статью о том, что Сэм Койн — главный подозреваемый в деле о маньяке.

«Нет, это какая-то шутка», — подумал Малик и сказал:

— Ты знаешь, мне проблем и без того хватает.

— Это будет клеветой только в том случае, если я не права насчет Койна. А я права.

— То есть ты полагаешь, что он не подаст на нас в суд?

— Нет, наверняка подаст. Но зато потом, в ходе рассмотрения гражданского иска, за которым будет следить вся общественность, а также громкого полицейского расследования выяснится, что убийца — именно он. «Трибьюн» достанутся все лавры за поимку одного из самых опасных серийных убийц в истории Америки, ну, и как следствие — ты сохранишь работу.

— Дорогая моя, если я отмочу такое, меня вышвырнут из кабинета еще до того, как ты успеешь клубничку в йогурт добавить за завтраком.

— Да, я понимаю, это риск. Но риск в журналистике приносит награды, — сказала Сэлли и добавила: — И сохраняет рабочие места.

— Тогда я стану первым редактором, за которым закрепят этот пост посмертно, — заявил Мэлик.