Он был убит горем, как и положено другу жертвы, старался помочь следствию, сдал кровь на анализ, приводил родителей, но к помощи адвоката даже не подумал обратиться. Опросы остальных учащихся продолжались.
На месте преступления были найдены светлые волосы, и полиции, путем сопоставления с ДНК спермы, удалось установить, что они принадлежали именно убийце. Правда, ни у одного из подозреваемых подобных маркеров обнаружено не было, так что эта улика повисла в воздухе, как ответ на вопрос, который не задан.
Как доказательство без гипотезы. До или во время изнасилования девушку избили. Во время или, может, после изнасилования ее задушили. У нее оказались сломанными обе ноги и одна рука. Пропали семьсот сорок девять долларов, и, возможно, с полок украли кое-какую одежду. (Смущенная менеджер не могла ничего сказать наверняка: нелады у них там были с пересчетом товара, но вроде бы не хватает нескольких футболок свободного покроя. Большого размера. Полиция пометила этот факт в своих записях о преступнике.
)
Несколько недель в Нортвуде царила паника. Булочная, хозяйственный, кофейня, фруктовая палатка, два кафе, шесть ресторанов, три парикмахерских и пара дюжин других магазинов, в том числе, конечно, и «Гэп», стали закрываться задолго до темноты. Исключение составили разве что продуктовые магазины сети «Уайт Хен», всегда работающие допоздна. Многие горожане начали встречать своих жен, работающих за пределами города, на вокзале — их машины каждый вечер выстраивались в длиннющую очередь вдоль путей.
В Нортвуде усилили наряды полиции, даже пригласили офицеров из близлежащих городов. Для подростков младше восемнадцати был введен комендантский час. Тележурналисты из Чикаго и Милуоки какое-то время стояли лагерем на Мейн-стрит (продюсеры новостей посчитали, что Оук-стрит, на которой располагался тот самый «Гэп», а еще магазин ковров, парковка и помещение для гражданских панихид, была недостаточно интересна «с точки зрения картинки», поэтому съемки репортажей проводились за углом, где было больше пешеходов и «чувствовалось старомодное изящество города»), но, как оказалось, если каждый вечер сообщать о том, что сообщить пока нечего, то очень скоро интерес к подобным репортажам падает, так что в один прекрасный день телебригады исчезли и всем скопом ринулись освещать внезапную смерть баскетболиста одной местной команды от аневризмы прямо во время тренировки.
Со временем жизнь вернулась в обычную колею.
