И главное каждый из них искренне считает, что я должна быть им благодарна по гроб жизни!
А ведь я могу спокойно обойтись без них. Не пропала, уйдя от мачехи, поработала и поняла, что смогу заработать на кусок хлеба и без помощи Марины, а про модифицированного и говорить нечего - это я ему нужна, а не он мне. При этом никому из них не важны мои желания, мои стремления. Самое ужасное, что я сама чувствовала себя раздавленной и опустошённой, уже ничего не хотя.
В самый разгар моих размышлений хлопнула дверь и в ванную ворвался Арман и замер, словно натолкнувшись на стену, едва увидев меня.
Ещё день назад я бы испуганно съежилась, а сейчас дошла до такой степени нервного истощения, что просто смотрела на него. Да и чего дёргаться? Пена скрывает грудь, а из воды торчат лишь мои коленки. Я чуть повела ими и взгляд модифицированного словно приклеенный прикипел к ним.
Я медленно развела ноги, с отстранённым интересом наблюдая, как сильный мужчина на моих глазах теряет контроль. За какие-то секунды его одежда полетела в стороны, и он обнажённый, подняв кучу брызг, нырнул ко мне в ванну, перетаскивая на себя.
- Удивила, - по-хозяйски оглаживая меня руками, выдохнул он. - Не бойся, я больше не злюсь.
И я расхохоталась злым, холодным смехом. Он замер, а я, отсмеявшись, упёрлась ему в грудь руками, отодвигаясь, взглянула в его лицо и спросила:
- А чего мне бояться? Что задушите? Нет, вам нужно моё тело. Изнасилуете? Так уже. В тюрьму отправите? Так я согласна! Мне плевать, верите вы в мою невиновность или нет, я не нуждаюсь в вашем прощении.
- К вашему сведению, - обвела рукой свечи, пену, - всё это я сделала для себя. Себе приятное, не вам. Лежала в этой красоте и думала, а есть мне ради чего жить? Ведь меня на этом свете ничего не держит. Я осталась одна, ни родных, ни близких. Исчезну - никто и не заметит, и горевать не станет.
Руки на моих бёдрах крепко сжались, словно в попытке удержать. Взгляд полыхнул, прожигая своей синевой.
- Ты мне нужна.
Смешно. Покачала головой.
- В роли вашей резиновой куклы, с которой вы сбрасываете напряжение, ничего привлекательного нет. Я живая. У меня есть чувства. Я не игрушка, которую можно душить, отбрасывать в сторону, а потом возвращаться и натягивать на свой член, словно ничего и не было. Вы же за этим пришли? - я чуть изменила положение тела, позволяя себе соскользнуть вниз и упираясь промежностью в каменную эрекцию.
Его взгляд поплыл.
