Тебе принадлежу (СИ)

Макс не дает мне договорить, хватка на щеках усиливается, и его гуже впиваются в мои. Жесткий поцелуй на грани боли. Твердые мужские губы подавляют любое сопротивление, язык стремительно проникает внутрь, сплетаясь с моим. Как же я скучала. Как сильно хотела снова почувствовать вкус любимых губ. Ну почему, почему все должно быть так.? Макс наконец-то со мной, здесь, рядом, а где-то там за толстыми стенами лежит та, что спасла мне жизнь, та, которая, возможно, навсегда останется прикованной к инвалидному креслу.

—В этом только я виноват, только я, — хрипло произносит Макс.

—Не говори так.

—Я поступил слишком самоуверенно, — он снова отводит взгляд и я, кажется, понимаю, о чем он.

— То видео? — спрашиваю осторожно, и он кивает.

—Все должно было быть иначе, я предполагал, что ты его получишь, но верил в то, что глупостей ты не натворишь, время поджимало и другого выхода я не видел. Ты должна была быть в безопасности, охрана…млядь, убью…

—Не надо, — шепчу, легонько касаясь его щеки, — они ни в чем не виноваты, они всего лишь люди, я вышла из дома, а должна была сидеть в квартире и ждать, просто довериться тебе, а я…и вот что из этого вышло.

—Что почему? — смотрит на меня непонимающе.

—Почему она это сделала? Зачем? — этот вопрос не дает мне покоя, она возненавидела меня с первой встречи, с первого взгляда. Ее намеки и провокации никак не вязались с ее поступком. Зачем спасать жизнь сопернице, зачем отдавать за нее свою?

—Потому что она хороший друг, — надрывно произнесит Макс и горько усмехается.

—Ты сделал все, что хотел? — перевожу тему, потому что невыносимо смотреть на него такого, чувство вины слишком сильно отпечаталось в его сознании.

—Не совсем, с Кириленко я разобрался, но он всего лишь марионетка, есть рыба покрупнее.

—Значит, это еще не конец?

—Нет, Катя, это еще не конец, — вздыхает и сжимает ладони в кулаки, — я загнал ублюдков в ловушку, мне нужно в Москву, Кать, но ты…— осекается, и хмурится, будто не может решить, стоит ли продолжать.

—Что я?

— Ты беременна, Кать, — взрывается. — Ты носишь моего ребенка, а я чуть не отправил вас на тот свет и сейчас, когда ты больше всего во мне нуждаешься…

—Перестань, — перебиваю его.

Его слова не становятся для меня сюрпризом. Все-таки беременна. Прикладываю руку к животу, туда, где зарождается новая жизнь, наше продолжение. Мой сын, почему-то я уверена, что должен быть именно сын. Темноглазый мальчик—вылитая копия своего отца.