Тебе принадлежу (СИ)

Почему о конфликте четырехлетней давности я узнаю только сейчас? Допустим, что тогда вы обошлись малой кровью, но сейчас, ты мог прийти ко мне, зачем весь этот цирк с СИЗО? Мне кажется, Воронцовы ясно дали понять, что на вашу власть мы не претендуем.

—За помощью? — рявкаю. Он в своем уме вообще? — На тебя только за последние два месяца было совершено шесть покушений. И я не помню, чтобы ты пришел ко мне за помощью.

— Все, кто на меня покушался, уже кормят рыб, — отвечает он с довольной ухмылкой на физиономии.

О, в этом я не сомневаюсь, даже я его опасаюсь, чего греха таить, нужно быть слишком самоуверенным или слишком тупым, чтобы покушаться на Графа. Он с лихвой оправдал перешедшее к нему от отца прозвище, Алексей Воронцов славился своей жестокостью и принципами, Демьян же, превзошел отца.

— Это не твоя война, Демьян, тебе нечего здесь делать.

— Мое, если дело касается семьи. Хочешь ты этого или нет, я вмешаюсь, будешь перечить, я положу их раньше времени. Я знаю, почему ты медлишь, хочешь, чтобы они обосрались от страха, так вот, подумай головой, Макс, что будет с Азариными, когда они поймут, что за ними охочусь я.

— У тебя и так мишень на спине, хочешь еще? Твое вмешательство не останется незамеченным.

— Без нее скучно жить, — смеется, а у меня складывается впечатление, что у него не все дома. Никаких тормозов, ни грамма страха. Для него не существует законов и это его главное отличие от меня. Удивительно, что он все еще жив. Ничего его не берет. — Смирись, Макс, я давно ищу повод укрепить свои позиции в столице, считай, что оказываешь мне услугу.

— Черт изворотливый, — усмехаюсь, — на кой черт тебе столица сдалась?

— Я всегда ее хотел, повода не было.

—А теперь, значит, есть?

—Теперь есть, — кивает он. А я тем временем замечаю пополнение в комнате в лице Авдеева. И взгляд его не сулит ничего хорошего.

— Ты мог рассказать, что с ней произошло, — рычит сходу. Узнал значит. Тем лучше, он должен понимать, что его ждет с Ларой. Истерики, недоверие — это лишь верхушка айсберга.

— Не мог, — отрезаю.

— Серьезно? — ухмыляется Демьян. — Ладно этот, — кивает в мою сторону, обращаясь к Матвею, — но ты, брат, мог мне обо всем рассказать? Артисты, мать вашу.

Глава 39

Макс

—Ты уверен, что охрана не станет стоять на нашем пути? — обращаюсь к Демьяну.

Всем известно, что Азариных хорошо охраняют, слишком хорошо. И меня не покидают сомнения, что план может полететь к чертям собачьим, если что-то пойдет не так.