Тебе принадлежу (СИ)

— Тогда я останусь и помогу с документами, — окончательно меняя тему, заявляю я и усаживаюсь на стул. — И я сегодня здесь переночую, если ты не против.

—Ну что за глупости, Катюш, — мама садится напротив и вытаскивает стопку бумаг, — домой поедем.

— Нет, —  выпаливаю слишком быстро, потому что сегодня мне домой точно нельзя, не должен отец меня в таком состоянии видеть, иначе всю душу из меня вытрясет, а до правды докопается, сначала мне нужно прийти в себя, а утром поеду в квартиру Макса, заберу свои вещи и вернусь в родительский дом.

За разбором документов, счетов, разных отчетов и прочего, не замечаю, как за окном наступает ночь. Мама еще раз предлагает мне поехать с ней, но я настаиваю на своем и остаюсь в центре, разместившись в одной из свободных комнат.

Утром просыпаюсь ни свет, ни заря. Нахожу лежащий рядом телефон и вижу несколько пропущенных от Макса, надо же, я даже не заметила, как поставила телефон на беззвучный режим. Последний звонок от Макса был в полночь, потому он, видимо, сдался. Интересно, чего названивал, наверняка ведь хорошо проводит время.

Поднявшись с кровати, быстро прохожу в имеющуюся в комнате душевую, нахожу в ней новую зубную щетку с пастой, умываюсь в ускоренном режиме, после чего вызываю такси и еду в квартиру Макса, твердо для себя решив, что не останусь там дольше, чем на пол часа, требуемые на сбор вещей.

Поднимаюсь по лестнице, не желая ждать лифт и вхожу в квартиру, в нос ударяет уже привычный запах парфюма с нотками табака, разуваюсь быстро и иду в глубь квартиры.

Краем уха слышу какой-то грохот на кухне и понимаю, что Макс, к моему разочарованию, дома. Избежать встречи с ним все равно не получится, наверняка он слышал, как я вхожу в квартиру, а потому меняю траекторию и иду прямиком в кухню. Макса застаю сидящим за столом с кружкой в руке, что-то в его потрепанном виде вызывает во мне отголоски щемящей в груди жалости. Он поднимает на меня затравленный взгляд и давление в груди становится еще сильнее, сейчас он не похож на обычного себя – глаза красные, под ними серые круги, волосы взъерошены, рубашка помятая, чего я никогда за ним не замечала. По его виду понимаю, что он, возможно, сидит здесь всю ночь. Никогда его таким не видела, сейчас он другой, уязвимый что ли.

—Макс, я, - слова застревают в горле, но я все же стараюсь взять себя в руки, — я за вещами приехала, — произношу тихо и перевожу взгляд на столешницу, но которой только сейчас замечаю вазу с опущенным в нее огромным букетом белых роз.