- Поймаю, хуже будет, - донеслось мне в спину, когда я уже планировала взбежать по лестнице на второй этаж.
Но сильная и быстрая рука перехватила меня за талию. В одно мгновение я оказалась прижата спиной к дивану мощным горячим телом Матвея, в груди которого бешено колотилось сердце в такт моему.
- Нет-нет-нет! – смеялась я, вяло уворачиваясь.
Кого я обманываю? Конечно, я хочу этого поцелуя. Очень.
Прекратив сопротивление, я снова встретилась взглядом с Матвеем. Серые глаза улыбались мне, пока губы, окруженные взбитыми сливками, так и манили к ним прикоснуться.
Приподняв голову, я первая коснулась его губ своими. По телу мгновенно разбежались мурашки, и я уже не понимала, кто из нас двоих больше дрожит, когда касание губ переросла в самый настоящий чувственный поцелуй. Сладость на языке заставляла и меня превращаться сахарную лужицу, которую могли удержать лишь сильные руки, что сейчас бережно меня держали.
- Мм… - нехотя отстранился Матвей. Уперевшись ладонями по сторонам от моей талии, заглянул в глаза.
– Как же сладко целуются бородатые женщины!
- Заткнись, - хохотнула я, чувствуя, что у самой теперь все лицо в сливках. Обвила его шею руками и снова притянула к себе. – Не отпущу, пока не слижешь с моего лица все сливки.
- Тогда я за баллоном сливок. Двумя.
Эпилог
- Любимый мой, единственный и неповторимый. Свет очей моих бородатый. Давай не пойдём туда. Пожалуйста!
- Паникёрша, - хохотнул Матвей и, удерживая одной рукой несколько букетов тюльпанов, второй прижал меня к своему боку и поцеловал в макушку.
– Сегодня праздник, восьмое марта, соберутся мои и твои родители. Им давно пора познакомиться.
- А почему именно у тебя дома? Мне теперь даже уйти некуда будет. Моё главное убежище занято для сходки старшего поколения, - продолжала я нарочито хныкать, пока мы входили на территорию двора.
- А куда тебе нужно уйти? Ты дома. И, кстати, долго мне еще ждать твоего полного переезда ко мне? Мне, конечно, нравится, что ко мне почти каждый вечер приезжает девочка с рюкзачком с кружевными трусами в нем, но я, вообще-то, хочу, чтобы эта девочка уже перевезла все свои трусы ко мне и больше не бегала.
- Мне так страшно не было даже когда я сломала мамину плойку. А если наши родители друг другу не понравятся? А если они все будут против того, чтобы мы были вместе? Ой, что-то мне плохо, - сжала я левую грудь.
- Подожди-подожди, я должен проверить лично, - убрал он мою руку с груди и положил свою. – Так-с. Тут, вроде, всё нормально.
