Тея для звёздных адмиралов

Я посмотрела на них, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

— Сначала я думал, что это просто физиология, просто так придумано природой, но когда ты была в опасности я понял, что…

— Скажи, — попросила я.

— То что я чувствую к тебе, — продолжил Дрейг, обвивая мою лодыжку хвостом. — Думаю, в некоторых культурах это называется любовь.

— У нас, оборотней, есть понятие “истинная пара”, — добавил Шарх, сжимая мою талию своей рукой… — Ты — моя истинна, Тея.

— Мы называем это “лунной связью”, — сказал Вольт.

Он наклонился и поцеловал меня.

Сначала легко, а потом жарче, касаясь моих губ своим всасывающим языком.

Я всё ещё сидела на коленях у Шарха, а хвост Дрейга обвивал мне ногу.

Это было очень жарко.

Вольт отстранился. Его глаза пылали огнём.

— У меняющих лица это якорь. Ты — мой якорь, Тея.

Я сама встала и обняла его.

Их признания проливались на меня, как тёплый дождь после долгой засухи, и я чувствовала благодарность за этот необыкновенный момент.

— Я… прощаю вас что не сказали сразу, — прошептала я, чувствуя, как спокойствие заполняет мою душу, и на миг представила образ наших детей — единения наших миров и судеб.

Когда я отстранилась, Дрейг сказал:

— А теперь, давайте спасём тех, кто нуждается в нас.

Мы шли по длинным коридорам центра восстановления, свет отражался от стеклянных стен и заполнял пространство, добавляя спокойного, почти волшебного блеска.

Шарха, Себастьяна, Вольта и Дрейга невозможно было не заметить — их уверенные шаги, аура силы и скрытая мягкость привлекали взгляды всех, кто был рядом.

И что самое потрясающее… я ощущала себя частью этой команды.

В холле, залитом светом, на нас смотрели десятки пар глаз — и тех, кто здесь работал, и тех, кто был “заражён” подселённым безоаром.

Все замерли, словно боялись нарушить этот момент.

Мы с командой остановились по центру, каждый из них касался меня, как будто стараясь подчеркнуть, что мы единое целое.

Наши энергии переплетались и усиливали друг друга, и это было почти физически ощутимо, словно мы разделяли один дыхательный ритм, одно сердце.

Императоры, стоявшие неподалеку, обменялись взглядами, после чего один из них с осторожностью открыл резную шкатулку, и артефакт, заключённый в ней, мягко поднялся в воздух.