Тея для звёздных адмиралов

Спустя некоторое время я поняла, что круизный лайнер, путешествующий по планетам галактики, попал под метеоритный дождь, от чего навигатору пришлось срочно менять параметры тоннеля, выводить корпуса из-под обстрела, а это очень немаленькая махина. Меня здорово заинтересовало, как в этой ситуации повёл себя мой смешливый профессор.

Я увидела, что ему понадобилось ровно пятнадцать сотых оборота, чтобы внести необходимые изменения.

— Гим, засеки пятнадцать сотых.

— Запускать? — спросил компьютер.

Я размяла руки, надела наушники с шумом моря, которое никогда не видела, и приготовилась.

Время пошло, а я начала усиленно писать новую схему навигационного тоннеля с учётом имеющейся угрозы.

Меня так увлекло! Я писала схемы и расчёты на планшетке, а они тут же появлялись передо мной в воздухе, поэтому работа шла очень споро.

Когда закончила, встала и осмотрела свою работу, ища, где ещё можно её улучшить.

Не нашла, а сотомер всё ещё не сработал. Я справилась быстрее Корнелиуса Плама.

Довольная, я повернулась, чтобы положить наушники на полку, и вздрогнула от неожиданности.

— Кварки! — воскликнула я, не сдержавшись.

— Вы так вкусно пугаетесь, — сказал он.

До меня вдруг дошло, кто он такой… Да он суккуб!

Никто не знает, где именно зародилась эта раса, но они распространились по всем планетам. Главная их особенность — они улавливают эмоции и подпитываются ими.

Я попятилась. Он закрыл глаза и вздохнул.

— Я почувствовал тебя ещё там, на шаттле. Ты была так сконфужена, так испугана, удивлена и расстроена, что я просто не смог пройти мимо.

Я оцепенела от ужаса.

— Ну же. Раздевайся!

Глава 10. Только хуже…

Мой профессор-суккуб сделал небольшой шаг вперёд.

Я же отшатнулась назад.

— Что? — выдохнула, пятясь.

— Раздевайся, девочка, — приказал он.

— Нет, — сорвался писк с моих губ.

— Да-а-а, — протянул он, — я заставлю тебя смущаться.

Его глаза горели диким блеском, у него снесло крышу.

Он подходил всё ближе и ближе, а я жалась в стенку жилого блока.

— Прошу, не надо, — сказала, когда он подошёл слишком близко и провёл языком по своей нижней губе.

— Надо, детка, надо, — его рука начала сминать мою юбку, задирая её, касаясь кожи моего бедра.

Да меня вообще никто и никогда так не касался!

Только во сне, и там всё это было по-другому!..

Его рука была холодной и шершавой.