Техник-ас

В том бою, где подбили его ведомого, лейтенанта Суворова, его истребитель получил серьёзные повреждения, и его ещё не ввели в строй.

Традиционно прошли с ведомым на малой высоте над колонной с эвакуируемыми из города, покачали крыльями и пошли в набор высоты.

И тут Санчес вдруг заорал по радио:

– Сзади три «брюстера»! Атакуют колонну!

Резко сваливаю истребитель на крыло и ухожу в крутой вираж, ложась на обратный курс. Внизу уже горит санитарный автобус с огромным красным крестом в белом круге на крыше. Ещё одна полуторка, с таким же красным крестом на крыше водительской кабины, съехала с трассы и замерла, уткнувшись в сугроб.

Странно, но из её кузова никто не выпрыгнул, хотя пустой она точно не должна быть. Либо у сидящих в ней людей просто сил нет, либо… О втором думать не хотелось.

– Внимание! – передаю в эфир, не сводя глаз с противника. – Здесь Тринадцатый! Принял бой с тремя «брюстерами»! Дункан, не спи! Шило, в воздух, закройте с севера!

Три бандита, сумевших обхитрить нас и расстрелявших беззащитных людей, тоже пошли в набор высоты.

Запоздало потянулись в сторону финских истребителей трассеры зенитного пулемёта, чья позиция была чуть в стороне. Впрочем, горячие финские парни никак на это не отреагировали и продолжали манёвр, пытаясь занять удобную позицию для атаки.

«Брюстер» – противник серьёзный сам по себе, а в умелых руках и вовсе смертельный. Четыре крупнокалиберных пулемёта, большая дальность полёта и приличная манёвренность – вполне весомый аргумент, даже учитывая меньшую, чем у «яка», скорость.

Так мы и кружили с ними, что называется, принюхиваясь и пытаясь уловить тот самый благоприятный момент для атаки. Наконец финны не выдержали и, синхронно развернувшись, попёрли на нас. Стрелять они начали издалека, сразу втроём, длинными очередями, и всё небо вокруг нас с Санчесом пронизали дымные росчерки смертельной паутины.

Вот только финнам встретилась не беспомощная мошкара, а два злых шершня.

Скольжением уклонившись от вражеских трассеров, сами открыли огонь.

Расстояние на встречных курсах стремительно сокращалось. Левый ведомый противника, по которому стрелял Санчес, резко перевернулся и отвесно пошёл вниз – один готов. А вот ведущий, по которому бил я, смог увернуться.

На огромной скорости проносимся мимо, и краем глаза успеваю заметить рисунок рыси на капоте врага, номер BW-364 сразу за голубой финской свастикой и красную четвёрку на хвостовом оперении. Всё это, как в замедленной съёмке, отпечаталось в подсознании.