Техник-ас

Зарулил на стоянку и только сейчас обратил внимание, что я весь насквозь мокрый, включая зимний комбинезон. Винт замер неподвижно, а я, устало откинувшись на бронеспинку, сдвинул фонарь назад и снял с головы мокрый шлемофон. Пот тёк с головы в три ручья.

– Товарищ майор, вы как? – заглянул в кабину взволнованный механик.

– Сдурел? Смотри, Голец услышит или узнает, он тебе и «товарища», и «майора» покажет во всю широту своей души.

– Так я же уважительно, – ничуть не обиделся механик. – Вон как вас потрепало, – кивнул он куда-то в сторону.

Я выбрался из кабины и буквально офонарел. Фюзеляж и крылья в нескольких местах обзавелись пробоинами, а я в бою и не почувствовал попаданий.

Не успел я спрыгнуть с крыла на землю, как к самолёту подбежали остальные лётчики. Мне все плечи и спину обхлопали.

– Что здесь происходит?

Из-за хвоста моего штурмовика вышли Мартынов и Голец.

– Гражданин капитан! – вышел вперёд командир первого звена, тоже в прошлом майор, Егоров. – Задание выполнено, склады уничтожены.

Мёртвых можно не бояться называть по званию, они уже искупили свою вину кровью.

– Это точно? – вмешался Голец. – Вы лично видели его гибель? Есть ли вероятность, что он выжил?

– Все видели, гражданин капитан госбезопасности, – ответил Егоров. – Шансов на то, что он выжил, нет. Прямое попадание зенитного крупнокалиберного снаряда и детонация своих бомб.

– Ясно. Изложите потом всё письменно в рапорте.

В этот момент к Мартынову подскочил старший техник.

– Товарищ капитан, – (ему можно так обращаться, он из постоянного состава), – все самолёты проверены, БК отстрелян полностью.

– Принято, – кивнул Мартынов. – Свободны. Есть ещё что-то? – это уже Егорову.

– Так точно! При выполнении задачи была попытка немецких истребителей атаковать нас. Пилот Копьёв точным огнём сбил вначале два «мессера», а потом, когда мы встали в оборонительный круг, сбил ещё одного.

– Свидетели есть? – опять спросил Голец.

– Только мы. Может, ещё из строевого полка видели. Или если потом собьют кого из немцев, через них подтвердят.

Уже когда расходились, Голец хмыкнул чуть слышно:

В этот день мы совершили ещё два боевых вылета на штурмовку позиций немцев. Мне наскоро залатали пробоины, и я поучаствовал в них. Отработали спокойно, а в последний вылет так и вообще под прикрытием звена истребителей.