Техник-ас

Мы долго ещё беседовали с Ильёй, и вот что он сказал:

– Сейчас отдельные несознательные и слабые духом личности, увидев временные, вызванные внезапностью нападения успехи на фронте Германии и её союзников, начинают впадать в панику. Хочу обратиться к ним. Успокойтесь, Германия уже проиграла. Она проиграла двадцать второго июня тысяча девятьсот сорок первого года. Этот день можно назвать днём начала конца Третьего рейха. Немцы совершили огромную ошибку – пожалуй, самую большую за всю свою историю, – напав на Советский Союз.

Ещё никому не удалось победить Россию. И так будет впредь и навеки.

Мы, русские, не начинаем войн. Мы их заканчиваем. И заканчиваем мы их в поверженных столицах государств, напавших на нас. И я свято верю в то, что пройдёт не так много времени, и в поверженном Берлине, на закопченной стене их Рейхстага, над которым будет реять наше красное знамя, я смогу написать: «Развалинами Рейхстага удовлетворён!» А рядом уже будет другая надпись: «Дошли!» – и ниже подпись: «Рядовой пехоты Ваня».

И мне не будет завидно оттого, что он меня опередил. Потому что мы с ним братья. Братья по оружию.

А значит, работайте, братья! Приближайте тот самый час нашей общей Победы и верьте: ВРАГ БУДЕТ РАЗБИТ! ПОБЕДА БУДЕТ ЗА НАМИ!

Когда мы окончательно поверили в то, что победим? Да мы в это верили с первых же минут войны. И верили до самого последнего дня. Но, пожалуй, больше всего укрепил нашу веру один увиденный нами воздушный бой, произошедший буквально над нами в первые дни войны.

К тому времени мы постоянно отступали, стараясь хоть ненадолго задержать немцев на различных рубежах.

В тот день заняли мы оборону возле небольшого хутора. Выкопали стрелковые ячейки, разместили пару уцелевших сорокапяток на флангах. Мы тогда не знали, что чуть в стороне от нас немцы навели переправу и по ней перешли на наш берег. По сути, мы уже были в окружении.

И вот где-то в обед над нами пролетели несколько краснозвёздных самолётов и принялись атаковать кого-то за небольшим леском. А надо сказать, что нашу авиацию мы в первые дни войны почти и не видели, зато немецкая висела над нами постоянно.

Что там наши бомбили, нам видно не было. Видели лишь, как вспыхнул один из наших самолётов, а за ним следом – ещё один. Кулаки сжимались от бессилия и ярости, когда мы видели, как гибнут наши соколы. Но, несмотря на потери, что-то там всё же разбомбили, потому что в той стороне в небо поднялись несколько столбов чёрного дыма.

Откуда появились немцы, мы и не поняли.