Техник-ас

Сегодня на всех вышках и на въезде стоят его люди. Благодаря тому, что господин штабс-капитан откровенно забил на службу, расписание нарядов составлял фельдфебель. Вот он и распределил верных людей на ключевые посты.

У штаба стояла легковая машина. Похоже, господин подполковник фон Ламсдорф собственной персоной решил проверить, как несёт службу вверенное ему подразделение. Ну оно и кстати. Тут он и останется.

Стрелкам осталось совсем чуть-чуть до встречи на двенадцати, когда казармы едва заметно встряхнуло. Протяжно завыла сирена, и почти сразу же вокруг началась стрельба.

Пулемёты били по казарме немецкого взвода и по штабу. Внутри казарм тоже звучали выстрелы. Плужников выскочил из каптёрки и сразу же к нему присоединились четверо из внутреннего наряда – все с оружием и с белыми повязками на рукавах.

Из канцелярии роты вывалился ротмистр Ведерников. Было видно, что он, как обычно, пил и сейчас пытался понять, что происходит.

– Фельдфебель! – заорал он, выпучив глаза. – Какого…

Договорить он не успел: старшина всадил ему в живот короткую очередь из автомата.

Ротмистр сложился пополам и завалился на пол.

– За мной! – скомандовал Плужников, выбегая на улицу.

Во дворе вовсю шёл бой. Вернее, даже не бой, а избиение. В этот момент со стороны станции раздался оглушительный взрыв. Казалось, что все здания вокруг подпрыгнули, а кое-где даже выбило стёкла.

Из раскрытых ворот мастерских выкатились оба бронеавтомобиля и открыли огонь из пушек и пулемётов. Довершил разгром штаба и немецкой казармы огнемётный танк.

Он выпустил по каждому из строений по одной огненной струе. Этого хватило. Пламя растеклось по внутренним помещениям, сжигая тех, кто был ещё жив.

– Господин фельдфебель! – подскочил один из теперь уже точно бывших дружинников с белой повязкой. Плужников так глянул на него, что тот осёкся. – Виноват, товарищ старшина! Там это, что-то непонятное в казарме третьей роты происходит.

– Так там бой идёт внутри, а наших там нет.

– Так с кем они тогда воюют?

– Ну, получается, что друг с другом.

К этому времени броневики и танк, закончив с казармой и штабом, подкатили к расположению третьей роты и встали так, чтобы контролировать казарму со всех сторон. Плужников посмотрел на часы. С момента взрыва на станции прошло двадцать пять минут. Пора выдвигаться к госпиталю, а тут вот такое. Вздохнув, он вышел на середину плаца прямо перед окнами третьей роты.

– Внимание! – что было сил прокричал Плужников, благо голосина был сильный.