Техник-ас

Конечно, о свободе пока речь не идёт, но в лагерь вы больше, я надеюсь, не вернётесь.

Ага, тонкий намёк на толстые обстоятельства. Этак завуалированно мне было сказано, что в случае чего меня сразу отправят обратно. Например, в случае отказа от сотрудничества.

Моим новым пристанищем стал вполне приличный домик, с хозяйкой и охраной под окнами. Естественно, с пресловутым сортиром в доме и водопроводом с ванной, которую я сразу же принял – приобщился, так сказать, к европейской цивилизации. Эка фрицам втемяшилось перетянуть меня к себе.

Хотя понять их можно: это же какой пропагандистский эффект может быть. Трижды Герой, рыцарь Британской империи, любимчик (как они думают) Сталина – и вдруг переходит на сторону немцев. Вот только хрен им.

В таких условиях я прожил следующие десять дней, ежедневно встречаясь и беседуя с Нойманом. Тот, видя, что я реагирую без агрессии на его потуги, решил пойти, что называется, ва-банк.

– Сегодня я хочу пригласить вас, майор, в небольшую поездку.

Думаю, вам не повредит немного, как это говорят у вас в России, проветриться. Заодно покажу вам кое-что, что наверняка изменит вашу точку зрения. Кстати, я уполномочен передать вам, что в случае, если вы согласитесь с нами сотрудничать, вам будет сразу выплачено двести тысяч рейхсмарок и предоставлен дом с прислугой и автомобиль. Кроме того, вам будет сохранено ваше звание, все сбитые вами самолёты будут вам засчитаны, а вместо ваших наград рейхсмаршал Геринг будет ходатайствовать о награждении вас Рыцарским крестом с дубовыми листьями. Разумеется, особым распоряжением вам будет разрешено носить британские награды.

Будет создан особый авиационный полк из русских лётчиков, перешедших на сторону рейха и желающих бороться против жидобольшевиков. Командиром этого полка станете вы. Естественно, получив звание оберста, а возможно, и генерала. Как вам такие перспективы, герр майор? О, нет-нет, не отвечайте прямо сейчас. Вначале вы должны увидеть то, что сокрушит врагов рейха.

Уверен, что вы, как опытный лётчик, оцените.

Пока мы ехали, Нойман без устали расписывал мне радужные перспективы, которые откроются мне сразу же, как только я дам своё согласие. А я сидел, слушал его разглагольствования и думал.

Вообще, было странно, что немцы не свели меня с генералом Власовым. И не просто не свели, а ни разу ни словом даже не упомянули о нём. Видимо, были у них какие-то планы относительно меня.