Техник-ас

Пришлось мне с Санчесом остаться и ехать в штаб, чтобы предстать пред очи начальства. С завистью смотрел я на взлетающие самолёты эскадрильи. А ведь красиво, чёрт побери! Техники с оружейниками всю ночь не спали, но смогли заделать все пробоины и подготовить машины к новому боевому дню.

Пообщались с полковником Науменко в целом очень даже неплохо, хотя поначалу он и высказался в том смысле, что если собрать вместе лучших лётчиков, то и результат будет заведомо отличный. И был очень удивлён, когда я сказал, что лётчики в эскадрилье самые обычные, из обычных строевых частей, просто летаем мы не по шаблону и используем новые тактические приёмы.

В итоге перед тем, как улететь, командующий авиацией фронта передал благодарность всему личному составу эскадрильи и пообещал отметить нас в докладе в Москву.

Чудо не произошло. Да и не могла, при всём своём желании, одна-единственная эскадрилья переломить ход войны. Хотя и потрепали мы 2-й воздушный флот люфтваффе изрядно. Начавшееся восьмого августа наступление 30-й и 19-й армий под командованием генералов В.

А. Хоменко и И. С. Конева на направление на Духовщину завязло в обороне немцев. Прорвав передний край, они так и не смогли выйти в оперативную глубину.

Не забывали мы и о свободной охоте. Как смеялись наши лётчики, летали проветриться в свободное от работы время. Во всяком случае, старались, чтобы одно звено этим занималось. Почти из каждого вылета возвращались с парой-тройкой побед. Так и «развеивались», ежедневно сменяя друг друга.

А после полётов, какими бы ни были уставшими, почти все дружно шли на устроенное неподалёку стрельбище, где с удовольствием стреляли по полюбившимся всем тарелочкам. Где они их нашли, остаётся загадкой. На мои осторожные расспросы только хитро улыбались, однако из столовой жалоб на нехватку посуды не поступало. Ну а патронами для ружей запаслись ещё в Раменском.

Увы, но такое времяпрепровождение прошло мимо меня. Каждую свободную минуту я систематизировал на бумаге процесс подготовки, описывал и рисовал новые тактические схемы.

Это мне Ерёмин посоветовал сделать.

В середине августа со свободной охоты вернулось звено старшего лейтенанта Гуладзе. Стоило лишь винтам остановиться, как Дункан выскочил из кабины, сбросил с себя парашют и, с силой швырнув на землю шлемофон, едва не начал топтать его ногами, громко выкрикивая русские и грузинские ругательства и грозя кулаком в сторону заката.