Техносфера

Здесь нет воды в привычном понимании слова.

Захар вскрыл капсулу с нанитами, полученную от Арчибальда, обновил маскирующее покрытие экипировки, сменил фильтр в дыхательной маске и немного подкорректировал работу энергосистем, подключив микроядерную батарею.

Теперь блеклая сигнатура, которую излучали элементы его защиты, ничем не отличалась от энергоматрицы древнего андроида пехотной поддержки, канувшего в лавовом озерке.

Начиналась пылевая буря. Пришлось сразу задействовать лайкороновые вставки. Походка должна быть ритмичной, механической, но слегка «дерганой».

«БТК» не двигались. Они приняли форму полусфер, выставили энергетическую защиту и пережидали усиливающийся ветер. Логично. Отвердевшие частицы продуктов извержений при такой скорости ветра работают, словно абразив. При длительном воздействии они способны исподволь истончить броню, а мельчайшие пылинки наверняка повреждают механические узлы, забиваясь даже в самые незначительные зазоры. Так что слабо мерцающие силовые щиты технологических комплексов служили Захару дополнительными ориентирами.

Рагды, невзирая на ухудшившуюся «погоду», по-прежнему барражировали над хитварами. Время от времени их стремительные силуэты мелькали во мгле, вызывая у Захара чувство оторопи. Визуальный контакт мог сорвать маскировку и тогда все пропало.

«Почему они не забьются внутрь базовых кораблей?»

Либо у дронов отличная пылезащита, либо они настолько дешевы в производстве, что потеря нескольких не играет роли?

Сквозь периметр, образованный «БТК», удалось проскользнуть незамеченным.

Серый, покрытый разводами и наплывами борт чужого корабля неожиданно выдавило из мглы. Он вздымался на высоту приличного небоскреба, это если не учитывать, что фрагменты потерпевшего крушение хитвара частично утонули в рыхлом грунте.

Захар проскользнул в первый попавшийся на глаза разлом, по ходу успев отковырнуть частичку брони, сразу отправив ее в анализатор.

Ответ пришел быстро, но оказался лаконичен и мало информативен.

Ладно. Главное взял образец. Посмотрим, что тут внутри?

Броня у хитвара была толстой, не меньше метра. Сразу за разломом взгляду открылся сумеречный отсек. Из закругляющихся кверху стен выступали ребра жесткости, — в прямом, а в не переносном смысле. Корабль явно был выращен, а прототипом для него послужили некие неведомые Захару биологические формы жизни.