Тело

И сразу за взором алых глаз в мое лоно скользнули его пальцы, отзываясь внутри меня волной нетерпения. Непроизвольно качнула бедрами, стремясь почувствовать мужчину в себе глубже, соприкоснуться с его телом большей поверхностью своей, уже влажной кожи. Риах тут же переместил мне на живот вторую ладонь, фиксируя на месте, не позволяя двигаться.

— Ма-рина, — донеслось до меня его укоризненное шипение.

И я тут же сдалась, прекрасно понимая, что ради того, чтобы он продолжил начатое, соглашусь на все. Тем более что сейчас требовалось только наслаждаться.

Дальнейшее изумило меня еще больше. Тщательно, не обделив вниманием ни одного сантиметра внутри меня, Риах потерся шероховатой поверхностью своих пальцев о внутренние стенки моего лона, заставив (от пронзительно острых ощущений) напрягаться как струна, замирать в едва сдерживаемом предвкушении. Не имея возможности двигаться, я начала стонать, лепеча что-то несуразное, призванное только ободрить его. Риах в ответ довольно шипел и сам уже откровенно терся своим твердым членом о мое бедро.

Дышала я с трудом, из последних сил удерживаясь от падения в пропасть бесконтрольного удовольствия. Но когда белокожий, обхватив губами мой сосок, начал его сосать в едином ритме и одновременно вращая внутри меня пальцами — не выдержала, позволив волне удовлетворения затопить себя. С грудным стоном непроизвольно дернувшись, тесно сжала в себе его пальцы, увлажняя их соком собственного желания.

Риах не дал мне времени в полной мере отдаться последовавшей за всплеском внутренней энергии расслабленности: ловко перевернув меня на четвереньки, удерживая руками за талию, он практически тут же непривычно медленно ввел в меня свой член.

Намеренно растягивая удовольствие от вторжения в мое, все еще тугое и сжимающееся от удовлетворения лоно. Ощущалось это невероятно жестко и откровенно. Я не сдержала вскрика, чувствуя, как он сантиметр за сантиметром ввинчивается внутрь моего тела, неимоверно тесно и жарко становясь частью меня. К моменту, когда его бедра в финальном усилии этого движения шлепнулись о мою попку, я уже вся взмокла от невыносимого нетерпения заполучить его всего.

Стоны перемежались просьбами и угрожающим шипением, моля только об одном — о полной и абсолютной близости.

И мольбы были услышаны. В безумно возбуждающем контрасте с его первым плавным проникновением, следующий толчок его выскользнувшего из меня члена получился резким, одним движением, достигшим цели и с обжигающей силой ударившим еще и по моей попке.