Телохранитель для демона

— Угу! — Я наклонилась, оторвала кусок ткани с хламиды ближайшего ко мне сайшеба и пояснила: — На них не действует магия ни темных, ни светлых, только Радужная… — И тут я вспомнила взгляд сайшеба. И оторопь, которая позволила СеАвиру убить его.

Медленно повернулась к дараю, но тот все так же хранил неподвижность, но… его рука лежала на кинжале, который был направлен острием в мою сторону… Теперь я поняла, какую подляну готовил сайшеб-вожак! А Арвиэль удержал кинжал…

Вновь повернулась к светлому, который задумчиво изучал обе кровоточащие раны.

— СеАвир…

— А? — отозвался маг.

— А долго им всем так сидеть?

— Да нет, — он, наконец, перестал смотреть на мою ногу, подошел, рванул ткань и осторожно расположил руку на ране, — не думаю, хотя магия сильная.

От руки светлого опять пошли какие-то волны, и рана моментально перестала болеть, а я решила не дергаться и не замечать пиявки, которая ползет по моему сапогу вверх. Потом подумала, что пиявке жирно будет, и осторожно отправила ее в полет… на козлорогую! Пиявка аккуратно приземлилась на нос темной леди и радостно начала осваивать территорию питания.

— Не хулигань, — усмехнулся СеАвир, — они же меня «спасли»!

Я фыркнула.

Потом неожиданно сообразила:

— Ты это специально! — Лицо светлого было теперь совсем близко. — Ты специально сделал вид, что тебе противно, и выбежал, да?

Эльф милостиво кивнул, наклонился еще ближе ко мне и в лицо выдохнул:

— Да.

Очередная пиявка полетела в компанию любительниц эльфа… Сама не знаю, зачем я это делала, но не давить же мне их… противно как-то. Да и вообще, пусть поедят перед смертью… я про пиявок.

— Хулиганка, — прокомментировал светлый мои моральные принципы и переместил ладонь с ноги на живот. — Ну, можешь гордиться собой, Тень, сегодня дарай остался жив исключительно благодаря тебе.

— Двух сайшебов убил ты, светлый, — лениво ответила я и обняла СеАвира за шею, потому что он как-то странно лечил и ноги резко ослабели.

— Но с шайгенами ты разобралась сама, — маг осторожно обнял свободной рукой, — сейчас будет больно, тут много яда.

Больно было… Едва успела прикусить губу, чтобы не выдать, насколько больно. Эльф легонько подул на лицо, и стало легче, а потом и вовсе боль исчезла, но тут светлый меня «обрадовал»:

— И даже шрама не осталось.

— Вот ты ург орочий! — обидно стало до слез.