Телохранитель для демона

Почему-то посмотрел на меня… глаза стали красными, а я вспомнила, что на теле моем, а конкретнее животе, кровавая разодранная рубаха… Затем чуждого нам дарая всосал алый пол, на мгновение превратившийся в воронку… Значит, Д’Эркаэль использовал песчаные порталы. Это не очень удобно, так как Хаос иной раз вмешивался, и вместо привычной постели можно было очнуться в гнезде болотной сварги, например, или в другом не слишком приятном месте.

Следующим подскочил СеХарэль, затем в себя пришли крылатые, и началось — кого-то обыскивали, кто-то изучал трупы, а я… Дарай протянул руку и снова прикоснулся к моей ладони, и в этом вихре вопросов-ответов-возмущений и гонки за пиявками вкупе с убеганием от ядовитых многоножек мне казалось, что я снова в подпространстве, потому что все происходившее было словно очень-очень далеко.

Медленно перевожу взгляд с происходящего на Арвиэля и замираю, потому что он вновь улыбался… Я всегда считала улыбки уродливым проявлением насмешки, а сейчас смотрела и не могла оторвать взгляд…

И тут произошло то, что отвлекло нас с дараем друг от друга:

— Это возмутительно! — пронзительным голосом заверещал василиск, демонстрируя всем желающим узнать, по какому поводу вопль, внушительную волосатую ногу тролля, которая плавала в котелке с фиалковым супом, поставленным на стол василисков.

А затем подскочили все присутствующие тролли — и горные, и песчаные, и лесные, и те, что жили под городом, и вот вся эта волосато-вонючая масса гаркнула:

— Трупоеды!

Василиски возмущенно поправили очки, а очкастыми тут все были, во избежание превращения местного населения в статуи, и… обиделись.

То есть очки сняли. Но произвести фурор чешуйчатые не успели, потому что в этот момент в себя пришли темные леди и попытались убить пиявок диким визгом. Пиявки деловито продолжали пиршество, плевать они хотели и на темных леди, и на их визг, а вот всем остальным пришлось зажать уши. Даже василискам, а тролли и вовсе бросились наутек… то ли от визга, то ли боясь праведного гнева со стороны василисков…

Бросаю взгляд на СеХарэля и замечаю на его роже странное выражение — похоже, он, наконец, понял, что это у него не третья бровь, а пиявка на лбу… Жаль пиявку.

— Проклятый Хаос, — дарай, как оказалось, юмора не оценил, — как они посмели?!

* * *Во дворе перед дворцом дарая бушевал СеХарэль.