Я же полагал, что не мужское это дело кашеварить. Я косулю завалил, разделал и мясо женщинам принес, а дальше кормите меня красивого такого. Но, оказывается, не все так просто. Завелся как-то в нашем доме дракон. Здоровый, сильный мужик, характером - жуть несгибаемая. Вот он-то мне и объяснил доходчиво, что такое мужские обязанности. А после - к печи приставил. Мою стряпню, Касси, даже куры с голоду есть отказывались. А истинный Греты особенно не расшаркивался, так что птицы не клевали, а меня он заставлял все это пробовать.
Ложками. Мисками. И вот тогда я часто ту косулятину со вкусом подошвы башмака вспоминал. Не так, оказывается, плоха сестрица была как начинающий повар. Со мной бы вымерли все: и матушка, и коты мои. Да и сам бы на своих харчах лапы протянул. Так что не наговаривай на себя, Касси. Главное, что ты пытаешься.
Я улыбнулась и вдруг потянулась и обняла его. Сама от себя такого не ожидала. Но он был такой хороший, понимающий, сильный... Горячий... И неподвижный.
Сидел истуканом и, кажется, не дышал, когда я его в щеку целовала.
Вот именно такой мужчина мне и нужен для счастья. Простой наемник, а не какой-то там чужой и непонятный ханым.
Глава 58
Страх. Я кралась через кусты, смутно понимая происходящее — нереально. Сон, из которого я не могла выбраться. Знакомый и пугающий. На меня скалились волки, но звери с красными горящими глазами не решались напасть. Я разглядывала их, всё отчётливее понимая - они боятся.
Меня.
Покрутившись, пыталась вспомнить это место. И время. Вытянув руки, разглядывала их.
Маленькие пухлые ладони. Сколько мне было тогда?
Вернее, сколько мне сейчас...?"
"Сознание пытливо искало ответы.
Четыре или пять лет?
Может быть. А, возможно, и меньше.
Я шла вперёд, не разбирая дороги. Куда бы ни свернула, всюду видела деревья. Высокие, с голыми стволами. Ветер гнул их, они противно трещали. Слышала я и рык животных.
Свора... ?
А потом до меня долетел голос. Мужской. Незнакомый и настораживающий. Мне он не нравился. Я силилась понять, что он говорит.
Но не разбирала фраз. Даже слов. Мужчина злился, кричал. Отдавал приказы.
Покрутившись на месте, осознала, что хожу кругами.
Новые крики... Женские. Мама! Её я узнала сразу. Развернувшись, побежала вперёд и тут же услышала тяжёлый, надрывный детский плач.
— Усыпи её! Пусть она успокоится, — вопил истерично мужчина. — Мне нужна только старшая... А эта пуста. Убей соплячку. Надоела!
Сообразив, о ком он, я понеслась быстрее.
Внутри разгоралось пламя.
