В таком вот доме, рядом с Руни, и никуда больше не ехать.
Свой маленький огород. Теплая печь. Уютная кухня...Я тяжело вздохнула. Предчувствие, что ждут нас беды, никуда не делось. И даже обоз, идущий впереди, уверенности не придавал.
Поглаживая Руньярдика, я расстроено шмыгала носом. Стряхивала выступающие на глаза предательские слезы.
Будто счастье теряла. Не будет больше нашей комнаты и удобной перины на полу. Не будет баньки... Рыженький, будто чувствуя мою боль, ластился, подставляя голову под руку.
— Касси, — тихий голос Руни заставил вздрогнуть.
— Не сиди уже там. Мы сворачиваем на дорогу. Перебирайся.
Я закивала, желая скрыть от него свое состояние.
Крепче прижав к себе кота, последний раз махнула Ясире и забралась в телегу ближе к перине. Оперевшись спиной в лавку, на которой сидел Руни, снова притихла.Спрашивать ничего не хотелось. И разговор заводить не о чем. Поджимая губы, я пыталась вспомнить, о чем обычно говорили отец с мачехой, но ничего не приходило на ум. Они, кажется, и вовсе беседы не вели.
А между тем молчание все сильнее давило на меня. Было в нем что-то такое тягостное. Неправильное.
— Истинный моей сестры, когда мы еще жили все вместе, любил поговаривать, что притихшая женщина — это к беде. И хоть бы раз при этом ошибся. У меня, Касси, затылок чесаться начинает, когда женщину не видно и не слышно. О чем ты там думаешь, признавайся.
Сильно прикусив губу, я сделала испуганные глаза. Сама еще не знала, чего сотворила, но было предчувствие и на этот счет...
— Касси... — голос Руни стал строже.
— Ничего, — выдавила из себя, наблюдая, как отдаляется ведьминский уютный дом. — Просто не хочу уезжать от Ясиры... Нам там было хорошо, а дальше... неизвестность, — созналась я в своих страхах.
— А дальше, милая, дом и спокойная, насколько это можно, жизнь. Как минимум один скандал, возможно, ты даже меня побьешь...
— Глупости не говори! Ты у меня самый лучший, и чтобы я на тебя кричать начала из-за какой-нибудь ерунды... — Но тут я рот закрыла и призадумалась.
С чего бы мне по приезде быть недовольной? И тут же улыбнулась своим мыслям.
Скорее всего, он не так богат, как обрисовал изначально, и теперь волнуется, что я разозлюсь, узнав о его реальном положении.
— Я всем буду довольна. Ты мне, Руни, нужен даже нищим. Хоть в шалаш, но вместе, — пробормотала, выдохнув, — Так что не надумывай там себе. Не буду я на тебя никогда кричать. Глупость какая!
Он издал странный звук. Зажмурился и сглотнул. Его кадык дернулся.Значит, я права.
