В комнате никого не оказалось, но звук, доносившийся из ванной, привлекал внимание. Быстро сориентировавшись, Илья в два шага преодолел расстояние и, влетев в помещение, замер в немом изумлении. Почти обнаженная Симона стояла около ванны и на кого-то ругалась, но обернулась на звук и застыла.
Несколько бесконечно долгих секунд он рассматривал ее идеальное тело: изящная шея, пышная упругая грудь с темными горошинами соков, тонкая талия и крутой изгиб бедер. От такого неожиданного великолепия у него перехватило дыхание, а кровь хлынула вниз, вызывая болезненную эрекцию.
Симона в ужасе смотрела на Илью и не могла пошевелиться. Никак не ожидала увидеть его в своей ванной и растерялась. Он словно загипнотизировал ее, лишил воли и способности мыслить здраво. Взгляд словно случайно скользнул по его телу вниз, туда, где отчетливо виднелся крепкий стояк, она содрогнулась и попятилась. Словно опомнившись, резко схватила полотенце и, обмотав вокруг себя, заголосила во все горло.
Илья непроизвольно поморщился и закрыл уши руками, ощутив, что барабанные перепонки вот-вот лопнут от слишком высокого и громкого звука.
Быстро сократил расстояние до Симоны и накрыл ее рот ладонью, погасив звук до минимума. Затем прижал ее спиной к стене и навис сверху, стараясь не думать про соблазнительные линии, теперь скрываемые куском махровой ткани.
— Че ты орешь? — спросил Илья и шумно втянул носом воздух, инстинктивно улавливая едва ощутимый запах ее тела.
Дрожь нетерпения прокатилась по коже, заставив сжать зубы и несколько раз глубоко вдохнуть, пытаясь увести мысли в другую плоскость, но ничего не помогало.
Близость обнаженной женщины действовала на его организм слишком сильно, и подавлять вполне естественное в такой ситуации желание становилось все сложнее. С большим сожалением Илья вспомнил, что давно не утолял потребности тела, и такая беспечность теперь выходила боком. Надо срочно наверстать упущенное и войти в прежнюю форму, иначе кидаться начнет на баб, как озабоченное животное.
Симона что-то промычала в ответ, Илья сообразил, чего она хочет, и убрал ладонь от ее рта.
— Как ты смеешь врываться в мою ванную! — возмущенно воскликнула она и оттолкнула Илью от себя, едва снова не оставшись без полотенца, но вовремя успела его поймать и плотнее затянула на теле. Ситуация, в которой она оказалась, была, мягко говоря, щекотливой, но Симона не привыкла сдаваться раньше времени и вознамерилась выйти из нее победителем.
— Так ты орешь, как будто тебя убивают.
