Черт, я никогда в своей жизни так красиво не думал.
Но есть кое-что более прозаическое. Едва пригубил ее губки, как тут же шевельнулся член. Возбуждение шандарахнуло, как взрыв.
Понял, или сейчас разорву поцелуй, или просто не остановлюсь!
Эта смесь дикого желания в штанах и трепета где-то за грудиной сводит с ума!
А ведь девочка все ещё нуждается в защите. Доверяет только мне.
Пока мы все разрулим, я точно рехнусь.
Надо чем-то себя занять…
Аля забаррикадировалась в спальне. Как убежала туда, так и носа не кажет.
Даже про свечки забыла, от которых по всей квартире вонь. И это романтика?
Морщусь, пока задуваю.
Помогает немного утихомирить член. Плюс угроза сунуть его под холодный душ. А также убедительное мысленное внушение, что не надо накалять ситуацию! И обещание поехать к Оксане в ближайшие дни.
На мысли про Оксану член окончательно скукоживается.
Стараюсь не анализировать этот факт. Лучше пожрать соображу. Где там пакеты с продуктами?
Ну прямо примерный ""жених""!
Готовить я не то что бы не люблю, просто вообще не умею.
Но сейчас переодеваюсь в темные трико и футболку и строгаю салат. Агрессивно кромсаю.
Нож стучит о доску, как будто ведет обратный отсчет."
"Мясо-гриль привезет доставка. Алю не зову помогать. Позже кричу через дверь, чтобы вышла поесть. Когда сам набиваю желудок и укрываюсь в комнатке, которую Ромашка мне выделила.
Сон не идет, и я просто лежу, лицом вверх под аккомпанемент шорохов и ее шагов.
А шоколадный фантом все не отстает, напоминая о том, какая горячая штучка за дверью.
Горячая (почему-то теперь я уверен!) И сладкая. До неприличия.
Но от того, что я стал больше понимать про эту девушку, мне не легче. Наоборот, сложнее.
Ромашка не для меня. Она слишком юная, слишком нежная, слишком неопытная. А я уже давно растерял иллюзии.
Уговариваю себя? Похоже на это?
Да черт!
Следующие дня три у нас с Алей идеальное деловое общение. Как у телохранителя и клиентки, и как у фиктивных жениха с невестой. С какой стороны ни погляди.
Мы не вспоминаем о поцелуе… Хотя кому я вру, я о нем ни на секунду не забывал!
В общем, мы не говорим о поцелуе. И об ее шоколадном обертывании тоже.
Да, я знаю, как называется эта мазня. В конце концов, я был женат.
Я мог бы подкалывать ее. И хотел бы! Но тогда разговор может вывести к тому, чем мы занимались сразу после того неловкого момента.
Занимались… Черт, да это длилось несколько секунд!
Чтобы прийти в себя, мне и правда надо бы заняться… Пишу Оксане.
