Телохранитель для дочери

– Я тебе говорил, чтобы ты не встречалась с ним? Говорил? Тогда почему ты меня ослушалась?

Я старалась изо всех сил сохранять спокойствие и не показывать его власти надо мной, но все-равно хотелось сбежать.

– Я буду встречаться с тем, с кем захочу, и ты не вправе распоряжаться моей жизнью!

В следующее мгновение мою левую щеку опалила боль, потому что отец ударил меня ладонью по лицу. Из глаз против воли брызнули слезы, но не от обиды, а он злости.

Мама тут же оказалась рядом со мной и начала кричать на своего мужа, а тот орал на нее, якобы потому что та плохо воспитала меня и вот что из меня выросло.

– Ненавижу тебя! – выплюнула я, с яростью глядя на мужчину. – И я очень желаю, что именно ты мой отец! – после этих слов, я развернулась и побежала прочь, а в спину мне слышались ругательства.

Заперев дверь на ключ, я упала лицом в подушку и горько заплакала, ненавидя собственного родителя.

Почему все так? Почему мой отец так ко мне несправедлив? Откуда в нем столько негатива ко мне? Господи, как же мне все это надоело!.

Не знаю, сколько времени я провалялась лицом в подушке, но я даже не заметила, как уснула, даже не услышав, как в рюкзаке звякает телефон, оповещая о входящих сообщениях.

После ночных рыданий у меня опухли глаза и ужасно болела голова, поэтому я с утра не нашла ничего лучше, чем выпить обезболивающее и пойти купаться, ведь вчера я этого сделать не смогла.

Проведя около часа в ванной, я пыталась привести лицо в более-менее здоровый вид, используя всевозможные маски и тоники, валяясь при этом в горячей ванне.

Я находилась в таком потерянном состоянии, что хотелось взвыть от бессилия и несправедливости этого мира. Отец в первый раз поднял на меня руку – ранее подобного не было, хотя я вытворяла вещи куда хуже, чем встречалась с неугодным ему мужчиной.

Выбравшись из ванной, я завернулась в махровое полотенце и убрала из-под глаз какие-то дорогущие патчи, толка от которых было ноль. Вздохнув, я выбросила их в урну, а потом умылась ледяной водой, решив, что он этого будет больше пользы.

Выйдя в коридор, я наткнулась на Нину Николаевну, которая ничего не знала о произошедшем, потому что в то время женщина уже ушла домой. Попытавшись улыбнуться, на моем лице, скорее, отразилось некоторое подобие судороги, но никак не улыбки.

– Вероничка, все хорошо? – домоправительница внимательно на меня посмотрела.