Телохранитель для дочери

Настроение мое быстро опустилось ниже некуда, и до самого вечера я просидела в своей комнате, заглушая внутреннюю пустоту музыкой в наушниках.

Когда Ника призналась в том, что Иван ударил ее, мне сразу же захотелось забрать девушку из этого сумасшедшего дома, и я предложил ей переехать ко мне. Даже если она не согласилась жить в родительском доме, я бы снял или купил квартиру, дел-то…

Но похоже не с того надо было начинать, я не давил на Нику, но слишком настойчиво предложил ей это сделать, потому что был слегка на взводе.

Мне казалось, что я поступаю правильно, ведь таким образом уберег бы ее от слетевшего с катушек отца и от потенциальной опасности со стороны его врагов и Александра Борзова.

 В общем, хотел как лучше, а получилось как всегда.

Я не совсем понял, что так смутило Нику, и почему она отказалась от моего предложения. Стоило объяснить ей, что я это делаю не из-за того, что хочу торопить наши отношения и начинать жить вместе, а ради ее же безопасности, ведь она постоянно будет у меня на глазах, и я буду знать, что она в порядке.

– Так, не всхлипывай, а расскажи все так, как есть! – Ксюша нависла надо мной, держа руки на бедрах.

Стоило мне только-только вернуться, как я позвонила подруге и попросила забрать меня к себе на ночевку, потому что я не могла оставаться там, где давили на меня стены. Девушка стояла у моего дома уже спустя полчаса и закидывала в салон машины мой рюкзак с вещами.

– Марк предложил мне переехать к нему, – ответила. – Я отказалась, а  он разозлился… – я шмыгнула заложенным носом.

Блондинка нахмурилась.

– Ну, он же не просто так предложил тебе это? Сама сказала, что у тебя отец с ума сошел, может Марк тебя обезопасить хотел.

– Может и так, но я не готова переезжать к нему, – уперлась я.

Ксюша закатила глаза.

– Почему, Вероника? Чего ты боишься? Вы уже настолько сблизились, что… – она запнулась, делая большие глаза. – Просто признайся, что ты боишься перемен или не уверена в нем. Вот и все, – девушка села рядом. – Вот скажи мне – ты уверена в том, что у Марка в отношении тебя серьезные намерения?

– Я не знаю.

Блондинка закатила глаза.

– Признание в любви – это последнее, о чем тебе стоит волноваться, толи дело поступки! Смотри – он тебя спасал, мстил, защищал, даже убивал из-за тебя… – она скривилась. – Ты точно ему дорога, не придумывай чепуху.

Я нервно засмеялась и стерла со щек горячие слезы.