Телохранитель для дочери

 – Спасибо…

– Иди в дом, – проговорил он. – Я подожду, пока ты зайдешь.

– Ладно, – я снова поднялась на цыпочки, но мужчине все-равно пришлось наклониться. Поцеловав брюнета в уголок рта, я отошла на шаг и помахала ему ладонью, а затем повернулась и пошла к крыльцу, обернувшись напоследок на наблюдавшего за мной мужчину.

Стоило мне только-только войти в дом и запереть за собой дверь, как ко мне сразу же подошла Ксюша.

– Вау, – протянула она, рассматривая корзинку. – Давай чаю выпьем? – в ее глазах сверкнул огонек.

Я засмеялась, но поспешила прикрыть рот, иначе могла разбудить родителей подруги.

Под бурное обсуждение произошедшего, мы ждали, пока вскипит чайник, таская из корзинки конфеты. Оказывается, Марк взял у Сергея номер моей подруги и поинтересовался, что я у нее делаю, вероятно, он все так же выслеживает меня по телефону. Девушка все ему рассказала, и он решил приехать и решить разногласия между нами.

– Вот видишь! Надо было с самого начала обсуждать все, а не пороть горячку! – блондинка поставила передо мной чашку с дымящимся чаем.

Я улыбнулась, опуская глаза.

– Главное, что мы во всем разобрались.

– И ты переедешь к нему?

– Вот и правильно, а то кто знает, что еще твой папа учудит.

Неожиданно на кухню заглянула мама Ксюши и прищурилась, рассматривая наше чаепитие, а затем фокусируя взгляд на корзинке со сладостями.

– Ага, – протянула она.

Мы тихо засмеялись и кивнули.

Около часа мы сидели на кухне и обсуждали мужчин, смеясь и попивая чай с конфетами. Женщина делилась с нами кое-какими советами, а мы брали их на заметку.

Спать мы ушли в половину двенадцатого ночи, и пока я не уснула, с моего лица не сползала довольная улыбка.

Возможно, Ксюша была права и все это к лучшему, но я никогда не забуду того, что угроза надо мной висит постоянно, и она будет висеть до тех пор, пока отец не разберется со своими долгами.

Утром я проснулась будто другим человеком. Все мои мысли были заняты предстоящим переездом, и я предвкушала этот момент, хотя все еще жутко переживала. Меня успокоила Ксюша, которая махнула рукой и сказала «да брось, надоест – переедешь ко мне».

Маму я, конечно, огорошила, но она не была против, наоборот поддержала меня и сказала, что нечего мне слушать их ссоры с отцом.