Телохранитель для дочери

Никакие лекарства, даже самые дорогие, ей совсем не помогали, возможно, приостанавливали и облегчали страдания, но не устраняли опухоль. Я прекрасно понимал, что совсем скоро ее не станет, но никак не мог привыкнуть к этой мысли. Отец и вовсе ушел с головой в работу, лишь бы не думать о своей смертельно больной жене. На самом деле, ужасно осознавать, что у нас есть большие деньги, но за них не купить здоровье и жизнь нашей матери.

– Марк, – шепнула мама и подняла руку, касаясь ладонью моей щеки.

 – Я понимаю, что со мной происходит и это неизбежно…

– Не перебивай, – она прикрыла глаза. – Я хочу, чтобы ты был счастливым. Для матери нет ничего более важного, чем счастье собственных детей. Обещай мне, что не закроешься после моей смерти, не бросишь сестру и не угробишь свое будущее! Обещай мне!

Я как можно сильнее сжал зубы, шумно вдыхая пропитанный лекарствами воздух в больничной палате.

Она чуть улыбнулась мне и отстранилась, снова ложась на постель, когда в моем кармане неожиданно зазвонил телефон.

Приняв вызов от Гончарова, я услышал приказ съездить в институт и разобраться с какими-то проблемами, якобы Ника устроила там что-то серьезное. Скрипнув зубами от раздражения, я наклонился к матери и поцеловал ее в лоб, поднимаясь с постели. Она уже спала.

Вскоре я покинул больницу и поехал снова к институту, поминая плохим словом эту проклятую девчонку. Прежде чем выйти из машины и подняться к ректору Астахову, я заставил себя успокоиться и взять эмоции под контроль и только потом, по-прежнему чувствуя тяжесть в груди, пошел в институт.

Мне стоило больших усилий, чтобы держать лицо и казаться обычным человеком, когда внутри бушевал ураган. Я не смог сдержаться лишь тогда, когда девчонка сказала о том, что от меня несет больницей. Я просто, молча, ушел, не желая ее сейчас видеть. А через три часа, когда я забрал Веронику с учебы и привез домой, Нина Николаевна снова пригласила пообедать с ними, и я не отказался, решив, что если уеду, наедине с собой могу сорваться.

Как бы там не было, но обед в компании маленькой занозы и домоправительницы прошел нормально, и я немного пришел в себя. Ника как обычно недружелюбно смотрела на меня, но пакостей не делала, а когда она напомнила мне о своем свидании с каким-то земляным червем, мое настроение снова ухудшилось.