Телохранитель для дочери

 – Ведь меня нарочно сбила та машина, так?

Мужчина тоже убрал свою руку и выпрямился, тяжело вздыхая. Пришлось подождать пару секунд, прежде чем услышать ответ.

– Да, нарочно, – ответил он. – Но тот, кто это сделал, уже понес наказание.

Я вскинула голову и посмотрела на брюнета.

– Понес наказание? – не поняла я. – Ты нашел этого человека?

– И что ты с ним сделал? – осторожно спросила.

– Ничего хорошего для него. Поверь, ты не хочешь знать всех подробностей.

– Но зачем ты это сделал? Люди моего отца сами нашли бы его!.

.

– Я посчитал нужным так сделать, Ника. А если кто-то снова посмеет тронуть тебя – безнаказанно не уйдет.

По моей коже побежали мурашки, а внутри все затрепетало. Такого мне еще никто и никогда не говорил, страшно, но так приятно…

– Правда? – проговорила еле слышно я, заглядывая в глаза мужчине.

– Правда, – кивнул он.

Мы помолчали, разглядывая друг друга.

Наши лица снова были так близко друг к другу, что если нам наклониться еще чуть-чуть, то сможем соприкоснуться носами.

Меня обуздало дикое волнение в области груди, которое билось птицей, без попыток вырваться наружу. Я не постыдилась скользить взглядом по красивому мужскому лицу, борясь с желанием коснуться ладонью колючей щеки.

Неожиданно Марк поднял руку и осторожно убрал прядку волос мне за ухо, продолжая так же внимательно разглядывать меня.

Я прикрыла веки, когда почувствовала, как мужчина провел кончиками пальцев по моей шее. Казалось, я даже почувствовала его горячее дыхание на своих губах, но неожиданно брюнет отстранился от меня и поднялся, из-за чего я сразу распахнула глаза.

Я почувствовала разочарование, ведь, что греха таить, я надеялась, что Марк поцелует меня.

– Приехали твои родители, – проговорил мужчина, привычным жестом засовывая руки в карманы брюк и делая вид, что совсем ничего не произошло. – Идем.

Все семейство Гончаровых пребывало в напряжении, что было видно невооруженным глазом. Я и еще двое охранников расположились на диване, ожидая того, что же скажет Иван.

Его жена, Анна, сидела рядом с дочерью, и я видел, как дрожали ее руки. Ну, еще бы, пару часов назад ее едва не убили в собственном салоне.

А Вероника, упрямо поджав губы, молча, наблюдала за происходящим, порой встречаясь со мной взглядом и отводя его в тот же момент.

Я едва не поцеловал ее. Дурак! Знал же, что нельзя поддаваться порывам! Да и Ника была не против такого поворота, как я погляжу.