Телохранитель для дочери

 – Что ты делаешь?

– Это чтобы ты не убежала, – спокойно ответил телохранитель. – Бегаешь ты быстро, боюсь, не успею поймать, – он устало прикрыл глаза и откинул голову на спинку сидения. – Отец делает все это для вашей безопасности, так что не начинай все сначала.

– Что именно не начинать? – не поняла я, разглядывая его лицо.

– Дурить не начинай, – Марк приоткрыл глаза. – Хорошо все обдумывай, прежде чем сказать или сделать что-то. Если будешь придерживаться этого простого правила, все в твоей жизни будет хорошо.

– А ты, я вижу, вообще их не нарушаешь и таким образом судьба занесла в дом моего отца, – кивнула я. – И ты согласился стать моим телохранителем, хорошенько обдумав это, да?

Мужчина повернул ко мне голову и посмотрел прямо в глаза, отчего мне захотелось спрятаться под сиденье и не вылезать до самой посадки. Нет, он был не злой, скорее наоборот. У меня складывалось такое впечатление, что он объясняет неразумному ребенку, почему трава зеленая…

– Да, Вероника, я все хорошенько обдумал и принял это решение самостоятельно.

Кончено, я не думал, что ты такое мне устроишь, но после примирительной трапезы у ларька с шаурмой, я думаю, что между нами мир, дружба и жвачка, или я ошибаюсь?

«Ошибаешься, Марк, ох, как ошибаешься!»

Как мне с ним дружить, если я хочу поцеловать его в губы? Где он такой взялся-то?

– Конечно мир, – я улыбнулась, обращая внимание на другую бортпроводницу, которая ходила по проходу, интересуясь, все ли у людей хорошо. Подойдя к нам, она улыбнулась Марку, полностью игнорируя мое присутствие, кажется, мой телохранитель действует на слабый пол как липучка для мух.

– У нас все хорошо, спасибо, – брюнет тут же отвернулся от нее, переводя свой взгляд на хмурую меня.

Девушка тут же выпрямилась, не меняя выражения своего дежурного лица, качнула бедрами и пошла дальше, больше не смотря в нашу с Марком сторону.

– Просьба пристегнуть ремни, – услышала я из динамиков.

Я сглотнула образовавшийся в горле комок и уцепилась ладонями в мягкий подлокотник кресла, приобретая болезненное выражение лица.

Я до ужаса боялась полетов и сейчас не исключение. Конечно, мы несколько раз с семьей летали за границу, но и тогда я спокойствием не отличалась.

– Ты в норме? – тихо спросил телохранитель.

– Да, – протянула я, зажмурив глаза. – Просто не люблю летать.

Мужчина ничего мне не ответил, но я почувствовала, как мои пальцы накрыла его ладонь, ободряюще сжимая ее, и от этого мне стало намного лучше.