Телохранитель для Евы

Мы выглядели со стороны довольно мило. И никто из них не знает, какой Родион на самом деле. Или знают, но делали вид, что НЕ знают и улыбались ему в лицо.

— Горько!! Горько!! — заголосили гости в очередной раз.

Родион властным жестом повернул за подбородок моё лицо и прильнул к губам. Он целовал меня от души, прямо даже облизывал, как будто мы здесь одни. Всегда казалось, что на свадьбе неприлично вот так, но Измайлову плевать на всех. Он что хочет, то и делает. Лишь бы не трахнул при всех, и то ладно.

Родион меня целовал, а в моей голове бились мысли «когда же эти гости заткнутся уже?» и «нет ли в природе таблеток, подавляющих рвотный рефлекс?» Я даже не ем ничего — боюсь вывернет прямо муженьку на свадебные брюки.

— Горько! Горькооооо!! — снова завопили гости.

Да блин, опять? Мы же только что целовались!

Руки Родиона легли на мою талию и ощутимо сжали рёбра, которые и так беспощадно сдавливал корсет, заставляя повернутся к нему. Снова поцелуй — властный, грубоватый, ни капли нежности. Да она и не нужна мне.

Я продолжила давить рвотный рефлекс.

Даже не хочу думать о брачной ночи. У нас с Родионом, правда, уже всё было, один раз. Я не хочу об этом вспоминать даже. Я не девственница давно. Но мысль о сексе с ним заставляет сердце биться нереально гулко и быстро, потому что я просто не знаю, как мне расслабиться под ним. Его касания вызывают жгучий протест внутри, но я должна покориться ему. Я не хотела его, и сейчас не хочу. У меня нет выбора. Закрыть глаза и потерпеть. Я смогу. Наверное.

Вечер плавно подошёл к концу, Родион попрощался с гостями от лица нашей семьи и твёрдо ухватил меня за руку.

— Вставай. Пошли. И без фокусов, — сказал он мне почти на ухо, улыбаясь дружелюбной улыбкой гостям, что продолжали ему кивать, покидая зал.

Я подчинилась. Подхватила подол платья и встала на ноги. Муж потянул меня за руку и заставил сойти с подиума. Повёл в глубь отеля. Для нас подготовлен номер для молодожёнов. Именно туда мы и направились.

Двадцать этажей на лифте. Длинный коридор с коричневым ковром.

Возле одной из многих одинаково шикарных дверей мы остановились. Родион провёл магнитным ключом по замку, и он тихо щелкнул, открывая нам дверь. Муж вошёл первым, завёл меня и дверь захлопнулась за нами сама, отрезая нас от всего, что осталось позади.

Он отошёл чуть в глубь комнаты. Скинул пиджак. Широко расставил ноги, наклонил голову набок и смотрел на меня тяжёлым взглядом, развязывая галстук.

Я так и замерла в нерешительности у дверей.