Темная Академия (СИ)

Лин же, опять понизив голос, охотно сообщила нам подробности:

— Говорят, три года назад наш ректор отправился в первый темный мир по какому-то важному делу. Так уж получилось, что принцесса пересеклась с ним во дворце. И вот с этого все и началось…

— Что началось? — нервно сказала я, сжимая и разжимая кулаки. Осознав, как это может смотреться, поспешила спрятать руки на коленях.

— Она влюбилась в нашего Ирмерия так, что думать ни о чем больше не могла. Упросила отца разрешить ей попробовать поступить в Академию в нашем мире.

Когда он категорически запретил, стала чахнуть на глазах. Отказывалась есть, пить, вообще с постели вставать.

— Послушай, откуда ты все это знаешь? — недоверчиво спросила я.

— Ну дык во дворце тоже есть глаза и уши. Один потом другому сказал, другой третьему. Одна из адепток разнесла и здесь.

— Ясно, — хмыкнула Шейрис. — Так что дальше было?

— В общем, верховному королю Гармину ничего не оставалось, как согласиться, — продолжила рассказ Лин. — Думаю, он надеялся, что духи-хранители не выберут Лаурну, и она вскоре вернется домой и забудет о своей прихоти.

Но не тут-то было. Ее выбрали! И, конечно же, она поступила на факультет целительства.

— Кто бы сомневался, — прокомментировала подруга.

— Ну вот с того дня она просто преследует ректора. Ходит за ним хвостиком. А он не может прямо послать из-за ее высокого положения. Вот и приходится терпеть ее общество.

— А с чего вы взяли, что ему оно так уж неприятно, — хмуро возразила я, буравя глазами умильно заглядывающую в лицо ректора принцессу.

Он смотрел на нее с легкой улыбкой, что-то говорил. В общем, не похоже, что так уж страдал от общества девушки. О, Тараш, я и не подозревала, что могу испытывать такие странные эмоции! В сердце будто вонзались стальные когти, терзая и разрывая мягкую плоть. А еще в душе поднималась холодная неприязнь к этой адептке. Всего лишь из-за того, что она сейчас рядом с ним. Нужно срочно брать себя в руки! Так можно и с ума сойти!

— Ну, вообще, мне иногда кажется, что он и вовсе лишен каких-либо эмоций, — словно из тумана, раздался вновь голос Лин.

 — Ну, по крайней мере, тех, где замешана симпатия к кому-то. Всегда держится отстраненно и холодно, даже с преподавателями мало общается. Думаю, ему в тягость общество принцессы. Хотя он никогда этого не показывает. Слишком хорошо воспитан.

Я ничего на это не сказала. Ее слова нисколько не успокоили. Внутри меня продолжали раздирать на части острые коготки.