Темная Академия (СИ)

Я в разговорах о нем никогда не скрывала собственного к нему отношения. Вспомнила, как она удивилась, что я выбрала этого мужчину своим наставником. И все же нам необходимо выяснить правду. Слишком долго она скрывалась за семью печатями.

— Мама, очень важно выяснить все, что ты знаешь. Прошу тебя, доверься лорду Байдерну. Он хочет помочь мне, — стоило большого труда сказать все эти слова, но иного выбора не было.

— Адалейт, я уже рассказала тебе все, что знаю, — мама вздохнула и потерла лоб.

— Думаю, есть воспоминания, которые кто-то намеренно скрыл в вашей памяти, — вкрадчиво сказал декан.

 — Позвольте мне добраться до них. Поверьте, для вашей дочери это жизненно важно.

— Жизненно? — мама напряглась, в упор уставившись на мужчину.

— Поверьте, я не преувеличиваю. Позвольте проникнуть в ваш разум… Я не причиню вреда ни вам, ни вашей дочери, — он говорил так мягко, с такой теплотой, что даже я на несколько секунд ему поверила полностью. Впрочем, ко мне вскоре вернулись прежние эмоции, какие вызывал декан.

Но мама, похоже, все же решила ему довериться.

— Хорошо, лорд Байдерн. Что вы можете сделать, чтобы я вспомнила?

— Мне нужно будет проникнуть в ваш разум, — он поднялся с места и приблизился к ней. — Вы позволите? — после кивка мамы сел на кровать и взял ее за руки. — Может быть немного больно, но если вы откроете свой разум полностью, боль будет не столь сильной.

Мама неуверенно глянула на меня, и я ободряюще ей улыбнулась.

— Ладно, я готова это сделать, — сказала она со вздохом. — Хотя, не скрою, меня пугает, что кто-то будет копаться в моей голове.

Но ради Адалейт я готова на это пойти.

— Благодарю вас, госпожа Глерье, — он улыбнулся и тихо сказал: — А теперь закройте глаза и полностью расслабьтесь. Представьте себе какое-то приятное спокойное место, которое вызывает у вас умиротворение…

Началось погружение в транс, и я затаила дыхание, боясь неосторожным движением нарушить процедуру. И все же за действиями декана следила с неусыпной бдительностью. Если почувствую, что он делает что-то не то, тут же прерву сеанс.

Я заметила, как изменилось дыхание матери — стало глубоким и спокойным, как у спящего. Лицо будто поплыло, перестав держать привычное выражение. Казалось сейчас до странности незащищенным, даже детским. У меня прямо сердце защемило. Я привыкла считать маму сильной и уверенной, так долго искала в ней поддержку и опору. А сейчас вдруг открылось очевидное — какая же она хрупкая и слабая. Это ее нужно защищать. Это моя обязанность.