Темная фея. Последняя из рода

– Я прошу о наказании для Вашего подданного, Даркаса арт Ноэлли.

– Хм, очень интересно! И что же такого совершил мой советник? – раздраженно спросил Риан.

– Этот дракон был причастен к смерти моих родителей: герцогини ал Вилентор и ее супруга, кроме этого, используя запрещенный ритуал, Даркас пытался отнять у меня магию.

– У него получилось? – алчно распахнув глаза, спросил правитель.

– Нет, как видите. Тьма со мной! – ответила ему.

Риан разочарованно вздохнул и вновь развалился на троне:

– Я так понимаю, доказательств у Вас нет, герцогиня? – словно издеваясь, задал вопрос император.

– Почему же? Есть! Лессандр эс Хастэрдин считал мои воспоминания, он видел признание Вашего подданного своими глазами. Последствия неудачного ритуала изъятия магии зафиксировали мои спутники, – кивнула на эльфов и магов под личинами, – они в любой момент могут подтвердить правдивость моих слов.

– То есть Вы пытаетесь голословно обвинить, без сомнения, достойного дракона – моего советника? – раздраженно спросил Риан.

– А мое слово для тебя уже ничего не значит, уважаемый собрат? – прогремел под сводами зала голос черного нага.

– От чего же? Значит, конечно! Только главный обвинитель – женщина. А, как тебе известно, слова женщины должен выражать ее мужчина в нашей империи. Ты ее мужчина? – задал вопрос правитель.

– Нет. Я не являюсь ее мужчиной. Но этот факт не отменяет того, что я могу свидетельствовать в ее пользу, – упрямо продолжил наг.

– Спешу напомнить тебе, брат мой, что советник императора неприкосновенен.

В душе поднималась черная ярость, тьма, подвластная моим эмоциям, грозила выйти из-под контроля и поглотить все вокруг, но снова решила помочь мне по какой-то причине. Она нашептывала: «Суд истины. Сейчас ты сможешь, у тебя получится призвать к ответу виновных».

– Суд истины! Я требую суда истины по праву единственной наследницы тьмы.

Тут же из груди вырывается моя своенравная магия, окутывая всех присутствующих, и тогда я ясно вижу гниль и развращенность в душах многих, а главное – я вижу ее в правителе драконов. Его душа черна, слишком много преступлений тяготит ее. Все в зале замирают, не смея противоречить самой необузданной и мощной стихии из всех.