Темная королева. Их шанс на любовь

Оборотень потерявший человеческий облик более не может жить среди нормальных собратьев. Ты обязан оставаться за пределами города, в лесу. Чтобы никто не пострадал, когда твой разум окончательно угаснет…

Получив безмолвный сигнал от Бьерна, я легко соскользнула с его спины и отошла чуть в сторону, с нескрываемым наслаждением наблюдая, как мой медведь превращается в шикарнейшего мужчину, а морда его родича одновременно с этим потрясенно вытягивается и застывает в гримасе неверия и настоящего ужаса.

— Как видишь, я помню закон, дядюшка Игалай, — величественно произнес Бьерн и застыл.

Я смотрела на него и чувствовала, как ускоряется ритм сердца. Боги, какой же он был в этот момент!.. Вот вроде стоит полуголый мужик в «юбке» из тряпок, с неровно остриженными космами, торчащими обрывками бороды… а видишь настоящего, исконного повелителя, в котором течет кровь не иначе, как королей!

— Ты… этого н-не может б-быть… — залепетал «дядюшка» смертельно бледнея и отступая на шаг.

Сверху послышался шорох и тихие возгласы.

Я подняла голову. Пока мы тут вспоминали законы, из дому появились другие жильцы. Мужчины и женщины, разных возрастов и, судя по одежде, господа вперемешку со слугами. Растолкав всех, вперед медленно вышла маленькая сухонькая старушка, одетая в черное, строгое платье. Близоруко прищурившись, она взглянула вниз и вдруг тихо вскрикнула, зажав рот тонкой ладошкой.

— Бьерн! — неверяще выдохнула она. — Внучек!.. Вернулся!!!

Мой внезапный визит в Стородар, столицу оборотней, оказался очень неприятным сюрпризом для Ставраса, владыки Дикого Края.

Вообще у нас так поступать не принято: заявляться друг к другу «в гости», вываливаясь из дворцового портала на ночь глядя. Поступи так Ставрос, я бы ему мог голову не глядя снести, чисто на инстинктах. Потому и не удивился, сразу на выходе из портала оказавшись в круге королевской стражи, ощетинившейся копьями и магическими шарами. Я миролюбиво приподнял руки. Стража не представляла для меня реальной угрозы, но я пришел с мирными намерениями (по крайней мере до тех пор, пока не найду истинную и не увижу, в каком она состоянии), и хотел сразу продемонстрировать это Ставросу, явившемуся минут через пять.

Собрат по нелегкой монаршей доле выглядел заметно растрепанным и явно вырванным из постели, возможно, даже из объятий супруги. Он был зол, и я неохотно признал за ним право на недовольство.

— Какого демона, Оникс⁈ — сходу взревел этот бешенный бык.