Темная королева. Их шанс на любовь

Мне было все-равно, идет ли за мной Бьерн. Вот таким хрупким оказалось недолгое счастье.

Нет, я понимала, что рано или поздно недоразумение между нами разрешиться и мы помиримся, но осадочек-то останется…

Я шла, легко лавируя между людьми. Покупатели хреновы, будь они неладны! Рабовладельцы… Тьфу!

По сторонам старалась вообще не смотреть, но боковое зрение все-равно нет-нет, да и выхватывало помосты с живым товаром. Как это все отвратительно! Там были в основном мужчины, женщин я почти не видела, но около тех немногих, что попадались, творился просто невообразимый ажиотаж.

А вот рабов мужского пола тут выставляли на всеобщее обозрение на любой вкус и выбор, начиная от смазливых красавчиков и заканчивая дряхлыми стариками. Пару раз мне даже показалось, что я замечала детские мордашки!

Как же это все тошно!.. Зачем я пришла сюда⁈ Точнее, зачем меня сюда притянуло⁈

Я резко остановилась, напротив одного из невысоких помостов. Обзор загораживали спины покупателей, но я знала — мне нужно туда! Грубо проложив себе путь локтями, я протолкалась вперед и застыла перед самым помостом.

Натянувшаяся до предела невидимая нить звонко лопнула. Я пришла к своей цели.

На помосте прямо передо мной на коленях стоял обнаженный по пояс мужчина. Красивый. Очень! Даже россыпь багровеющих по всему телу синяков и длинные следы от плети, не смогли испортить его красоты. Он не был мускулистым альфа-самцом, как Бьерн, или император Даркан… Подтянутое, гибкое тело говорило в первую очередь о ловкости, чем о физической силе.

Хотя уверена, что и последним незнакомец не обделен.

Белоснежная, бархатно-нежная, даже на вид, кожа и длинная, стелющаяся до самых колен, грива спутанных, сияющих чистым золотом волос заставила заподозрить в нем типичного аристократа, но что представитель знати мог забыть в этом месте, да еще в качестве товара⁈

Торговец что-то оживленно вещал собравшейся толпе, но я не вникала в его слова, пытаясь рассмотреть скрытое за волосами лицо. У меня не получалось, потому что голова мужчины была низко опущена, хотя спину он из последних сил держал подчеркнуто ровно.

Ну точно аристократ!

Я опустила взгляд на грудь мужчины и поморщилась. От ключиц и до солнечного сплетения на его прекрасной коже были в ряд вырезаны три больших, грубых, непонятных символа, портящих это ходячее совершенство похлеще любых ран и синяков.

— Невероятно… — вдруг тихо выдохнул голос Бьерна за моей спиной. Я вздрогнула от неожиданности и обернулась, чтобы посмотреть на мужа.