Темная Империя 3

И завершив, поднялась, вернулась обратно к чете Ассета, забрала малыша, села и только потом вспомнила, что у меня что-то спросили. Наложив ладонь на грудь новорожденного, принялась вливать в него магию по капле, и попросила:

— Господин Унтасен, простите, пожалуйста, отвлеклась, вы что-то спросили?

Ответом мне было растерянное:

— Ничего, леди Сайрен, вы простите…

— Ну что вы, — я пальцем прикоснулась к носику заулыбавшегося ™ мне ребенка, — моя вина, не ответила сразу.

Я сегодня на редкость рассеянная.

Откуда-то из угла престарелая служанка вдруг сказала:

— Вопрос был про магию, что она вернулась…

— Вернулась, да, — не задумываясь, ответила я, уничтожая воспаление в малыше, — так уж три дня как. Ко мне и еще двум профессорам в лечебнице, вы не знали?

— Нет, — глухо ответил господин Унтасен.

— Да как же? — я продолжала исцелять и потому головы не поднимая, смотрела только на ребенка. — Мы стольких вылечили, а недавно и магианна Соер присоединилась, так всю лечебницу выписали за полдня… — пауза и я почему-то добавила, — к вечеру вновь заполнилась.

Но я хоть на ночь домой ухожу, а профессора днюют и ночуют в лечебнице. Ох, госпожа Ассета, какое счастье что я к вам сейчас зашла! До вечера малыша бы не стало! И вот скажите мне, почему вы в лечебницу не пришли?!

— Так магии не было, — сказала все та же пожилая женщина.

— Магии не было, — согласилась я, — а знания все остались.

Мы лечили людей и без магии. Все время. В любом случае, лучше было прийти в лечебницу и узнать!

Я сделала глубокий вдох, готовясь к последнему ассану. Выдох, g всплеск магии, и последняя инфекция погибла. Малыш дернулся, потом запищал, перепугавшись вспыхнувшего света, я улыбнулась ему, погладила по носику и маленький утих, с интересом глядя на меня.

— Кормить его сейчас больше, я передала ребенка отцу.

 — И вашей супруге больше питья, теплого. И не нервничать. Не болейте.

С этими словами я поднялась, извинилась перед всеми за то, что вынуждена их оставить, после чего взмыла вверх, и вот оказавшись в лавке, подошла к госпоже Лавейко и спросила:

— Так о чем вы там говорили?

Женщина вдруг заплакала. Я понять не могла что случилось, а она стояла и плакала, и на меня так смотрела, что вовсе неудобно стало и не по себе.