Темная Империя. Книга 2

Судорожный вздох и Даррэн продолжил:

— Я полюбил Василену, зная, что ведьмочка никогда не будет счастлива со мной… и отпустил, вопреки ее собственному желанию. Эта рана не заживала десять лет, Риан.

Еще одна пауза и хриплое:

— У вас с Дэей много общего. Мировоззрение, ценности, желания, увлечение наукой. Это важно?

Не сразу осознав вопрос, Тьер и ответил спустя паузу:

— Это значимо, но не значительно.

Затем, спустя недолгую паузу, магистр Темного искусства добавил:"

"— Сложно было сделать первый шаг — начать разговор, понять ее отношение, решиться обозначить свое.

Эллохар кивнул, принимая ответ и закрывая тему.

— Есть будешь? — тихо спросил Риан.

— Нет желания, а что?

— Если ничего не съем, твои крылатые обижаются, — еще тише сообщил лорд Тьер.

— А еще одна традиция Хаоса, — передернул плечом Эллохар. — В общем если ты отказываешься от угощения, значит предвкушаешь куда более славную трапезу… крылатого к примеру.

Тьер гневно посмотрел на друга.

— Что? — возмутился магистр Смерти. — Между прочим, крылатый из клана Хедуши считается одним из самых роскошных лакомств в Аду.

— Почему? — удивился Риан.

— Потому что не по зубам, — рассмеялся Эллохар. — Они же крылатые, Тьер, одни из сильнейших в Хаосе, а потому действительно изысканное блюдо, крайне редкое, желанное и недоступное. А чем недоступнее, тем желаннее, сам понимаешь.

И принц Хаоса вновь посмотрел вдаль. Без улыбки, напряженно, сурово.

Решение было принято.

Третье королевство. СардаНайрина СайренПрофессор Лориес встретил меня на входе в хирургическое отделение, упер руки в бока, перевел взгляд на стонущего мужчину, вновь на меня посмотрел и задал странный и совершенно ненужный вопрос:

— Перелом?

— Открытый, — дала столь же излишний ответ я, потому как ситуация была более чем очевидна.

— И на ровном месте, — догадался целитель.

Я покраснела.

— Сайрен, вы меня пугаете, — нехорошо протянул маг.

— Профессор Лориес, — я не просто краснела, у меня пылало все лицо, — ему больно.

Мужчина на носилках выл, сделавшись совершенно невменяемым и от боли и от кровопотери.

— В операционную его, — скомандовал маг.

Санитары поспешили исполнять — с Лориесом шутки плохи. У профессора и ранее был непростой характер, но сейчас, когда он и целитель Девенур оказались единственными, к кому вернулась магия, Лориес уверился в своей исключительности.